Книга Операция «Рагнарёк», страница 160 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

Поднимался ветер. Вначале теплый и ласковый, он усиливался, тревожно скрипя ветвями. Лес полнился шорохами и невнятными звуками. Вдалеке ухнула сова, и где-то ответил ей волк. Маленькие зверьки, невидимые в темноте, с шуршанием убегали подальше от дороги при ее приближении.

Мелисента на мгновение остановилась, прислушиваясь к лесу. Он словно пытался ей что-то сказать, но она не умела его понять. Но в одном она была уверена точно, опасность, о которой говорила Делия, была не в лесу. Она ждала там, в конце дороги.

«У тебя есть ответы на все вопросы».

Мелисенту охватил страх. Захотелось повернуться и бежать без оглядки назад, к электрическим огням городка, к людям, к привычному миру асфальта и бетона. Домой.

«Твой дом здесь» — голос леса в ее ушах зазвенел нестерпимо громко, до боли. Перед глазами мелькнули звезды, те, что она видела в зеркале.

Ночь. Горячее дыхание на ее шее. Ледяные пальцы, стремительно теплеющие при ее прикосновении. Сияющие в полутьме голубые глаза. Портрет не стене…

Она знала, куда идет. И кто ждет ее в конце пути.

Мелисента ускорила шаг.

Она толкнула дощатую дверь и вошла в темный дом. В проеме окна черные ветви разрезали на куски яркий диск полной луны, ее отблески, качаясь под ветром, бродили по комнате, выхватывая из темноты силуэты мебели. Тишина, которую неожиданно нарушило тяжелое дыхание.

— Зачем ты пришла? – голос Войцеха, хриплый и холодный, скрежетал, как царапающая оконное стекло ветка.

— Увидеть тебя. Услышать, что ты скажешь мне. Сам.

— Фьялар тебе все передал, — Войцех поднялся из-за стола, лунный свет утонул в кровавом отблеске стакана, стоявшего перед ним, — мне больше нечего добавить.

— Мне уйти?

— Нет, — он тяжело вздохнул, — ты можешь остаться до утра. Уйдешь, когда рассветет. Я поднимусь наверх, запру дверь. Не пытайся войти, нам не о чем говорить.

— Ты боишься?

Вопрос Мелисенты застал его врасплох. Если бы это было возможно, его бы сейчас трясло от страха. За нее, за себя, за то, что может случиться, если она не уйдет сию минуту. Но за стенами был ночной лес, и он не мог ее прогнать.

— Хорошо, я все скажу тебе сам. Я лгал. Я никогда не хотел тебя, мне никогда не было хорошо с тобой, я никогда не собирался разделить с тобой свою жизнь. Ты довольна? Теперь ты уйдешь?

Мелисента шагнула вперед. Лунные блики плясали между ними, и ветер бил в окно черными ветвями.

— Нет, — в ее голосе послышалась неожиданная твердость, и Войцех вздрогнул.

— Уходи, — прошипел он, — немедленно.

Слишком близко запах ее горькой крови. Слишком много огня в синих глазах.

Она почти повернулась. Но слова, словно всплывая из давнего, чьего-то чужого, прошлого, рвались наружу, обретая силу в майскую ночь. Цветы в ее волосах разгорелись серебряным пламенем, глаза вспыхнули звездами.

— Темнее ночь и ярче звезды. В морозы горячее пламя. И смерть не властна над любовью. Зима отступит перед Маем.

Она сделала еще шаг, и Войцех утонул в синих глазах.

— Ты лгал мне. Все, что ты мне говорил, было ложью. Кроме одного. Кроме того, что ты мне не сказал. Значит, и солгать не мог. Ты любишь меня?

— Да, — прошептал он, — да. А теперь уходи. Пожалуйста.

Она сделала третий шаг. Прямо к нему, и ее свет ослепил его лунным серебром.

— Я не боюсь. Ни тебя, ни себя. Если это смерть, так тому и быть. Я тебя люблю.