Книга Невеста тирана, страница 15 – Лика Семенова

Джулия украдкой взглянула на ненавистного жениха. В дрожащем свете свечей выделялся его чеканный профиль, будто позолоченный. Высокий лоб, прямой нос, жесткие губы, волевой подбородок. В ухе покачивалась жемчужина, оправленная в золото. Золото… Правду ли говорят, что в Альфи у домов золотые крыши? Врут люди, наверняка врут. Кто станет покрывать крыши золотом?

Джулия резко отвернулась: какие глупости лезут в голову! Золото… Много ли радости от золота, когда ее выдают за чудовище? Права нянька Теофила: хороша личина, но лишь бог ведает, что под ней. Красивое лицо может скрывать самую черную душу. Не даром говорят, что Фацио Соврано — копия своего отца. Копия во всем. И дипломатический жест — лишь очередная фикция, которая непременно обернется подлостью. И все это понимают… Джулию отдают, как заклад, как заложника. Как откуп. В уплату недоказанного прегрешения. В довесок к земле. И всем плевать, что она будет несчастна.

Все началось с земель Тарбана, пролегающих между герцогством Альфи на юге и Лимозом на востоке. Узкой холмистой полоски. Вечная спорная территория, не закрепленная магией ни за одним из правителей. Ромазо претендовали на нее точно так же, как и Соврано, но требований никто не выдвигал. Много лет это всех устраивало и помогало сохранять мир. Почти двадцать лет мира… Но старый Тиран Альфи, отец Фацио, намерился присоединить Тарбан к своему герцогству. Амато Ромазо и его вассалам не оставалось ничего, кроме как готовиться к войне, в которой они окажутся заведомо проигравшими. Темный дар Альдо Соврано был слишком силен, а сам тиран не терзался сомнениями. Он готов был испепелить все, что ему не покорится. Но отдать спорный клок земли без боя — для Амато это было равносильно потери чести.

Однако, старый тиран Альфи умер, так и не выступив на Тарбан. Очень вовремя… И скоропостижно. Дастрелла наполнилась слухами, и из уст в уста повторяли лишь одно имя — Амато Ромазо. Была учреждена независимая коллегия, но она не сумела доказать причастность брата к смерти Альдо Соврано. Невиновен — так гласил официальный вердикт. Но слухи… Слухи не давали покоя, и исход теперь зависел лишь от одного человека — наследника тирана. Но Фацио Соврано сумел удивить всех. Там, где отец предпочитал действовать силой, сын неожиданно признал решение коллеги и выбрал дипломатический путь. Брак. И спорная территория отойдет к Альфи, как приданное невесты. Вместе с невестой…

Амато не слишком успокоили такие намерения — он не верил Соврано. Но пожертвовать всего лишь одной из сестер во имя возможного мира казалось разумным. И не волновало, кто именно это будет. Фацио Соврано были отправлены два портрета. И он выбрал Марену. Тогда почему теперь вдруг переменил решение? Это было неожиданно даже для Амато — лицо так не солжет.

Джулия посмотрела на сестру, сидящую по левую руку, и не верила глазам. Марена переменилась, ожила, расцвела. Щеки раскраснелись, с губ не сходила улыбка, а ясные глаза отбрасывали хмельные искры. Она была совершенно счастлива и весела.

Марена поймала на себе взгляд, повернулась, сверкая ровным рядом жемчужных зубов:

— Ну! Как ты и говорила, сестра! Все уладилось, как нельзя лучше! Какая же ты у меня умница!

Джулия лишь растерянно посмотрела на нее, кивнула и уставилась в тарелку. Ее будто обдало холодом. В Марене не нашлось ни крупицы сочувствия. Или она так обезумела от счастья, что была не в себе?