Книга Хранитель сокровищ, страница 90 – Дебра Дайер

— Прекрасное животное, — заговорил Хейворд, подойдя поближе.

Уинд Дансер тихонько заржал и замотал головой, словно понял, что речь идет о нем. Опустив руки на дверцу стойла, Хейворд с одобрительной улыбкой смотрел на жеребца.

— Арабских кровей? — поинтересовался он.

— Его отец, — коротко ответил Эш. — Я купил его у фермера недалеко от Диранго. Несколько лет назад он привез из Вирджинии племенного жеребца и полдюжины кобыл арабской масти.

Эш провел щеткой по лоснящимся бокам жеребца. Он сделал это, чтобы занять свои руки. Жеребец не нуждался в чистке: конюхи превосходно за ним ухаживали.

— Вместо того, чтобы заботиться о прекрасных арабских кобылах, фермер позволил жеребцу гулять среди мустангов-кобыл. Одна из них и оказалась матерью Уинда Дансера.

— Я заметил, что он не кастрирован. Вы хотите оставить его на племя? Или вам просто нравится ощущать под собой горячего коня?

— И то, и другое, — улыбнулся Эш.

Хейворд кивнул, и его синие глаза наполнились гордостью. Чувствуя неловкость от теплоты, исходящей от этого человека, Эш поспешно отвел взгляд. Нежность и теплота, должны по праву принадлежать вовсе не ему. Или все-таки ему? В последние дни память строила ему всяческие козни. Разный пустяк, например, шахматная фигурка, начинал казаться ужасно знакомым. Бывали моменты, когда он верил, что уже слышал когда-то давно голос Хейворда.

Временами ему казалось, что он плывет по волнам памяти.

— Держу пари, что у Джулианы есть парочка кобыл, которых она с удовольствием случила бы с этим великолепным жеребцом, — как бы, между прочим, обмолвился герцог.

— Джулиана? — удивленно спросил Эш.

— Это мать Элизабет, — объяснил Хейворд. — У нее в конюшне много превосходных арабских скакунов.

— Я думал, что родителей Элизабет нет в живых, — растерянно произнес Эш.

— Ее отец умер, когда ей было десять лет, — ответил Хейворд, глядя на Эша, словно играл с ним в шахматы и не знал, какой ход сделать дальше. — Мне показалось, что она говорила вам об этом.

— Нет, — признался Эш. — Но и не удивительно: нас едва ли можно назвать друзьями.

— Да, я заметил, что, как только вы оба оказываетесь в одной комнате, между вами словно холодок пробегает.

«Жаль, что холодок не пробегает по телу, когда рядом оказывается Элизабет», — пожалел он мысленно.

Избегая взгляда старика, Эш старательно водил щеткой по спине жеребца. Он не хотел, чтобы Хейворд заметил на его лице смятение. Да, эта женщина и в самом деле превратила его в туго натянутую тетиву. Он проклинал тот день, когда ее увидел, но уже в следующее мгновение представлял ее в своих объятиях.

— Но как вы можете быть опекуном леди при живой матери? — удивился Эш.

— Дело в том, что Джулиана… — начал старик, но после короткой заминки попытался уйти от прямого ответа: — Боюсь, что Джулиане не под силу задача воспитания дочери.

Эш, уловив в голосе старика нотки боли и видя озабоченное лицо герцога, осторожно спросил:

— Она больна?

— Да, но не тем, чем вы могли подумать. — Хейворд, не глядя на него, задумчиво вглядывался в темноту, словно в те далекие годы. — Джулиана и Элизабет стали с нами жить после того, как отец и ее братья погибли во время пожара в левом крыле их дома.

Глядя на гладкую серую спину Уинда Дансера, Эш думал, как многое он хотел бы знать о женщине, преследовавшей его в мечтах и днем, и ночью. И все-таки он боялся подробностей.