Книга Леди-чертовка, страница 75 – Лиза Клейпас

Когда Уэст откатился в сторону, из груди Фебы вырвался стон протеста, и она потянулась за ним, но он хрипло выдавил:

— Нет… – хватит… я не смогу удержа…

Она прервала его жадным, требовательным поцелуем. Более не сопротивляясь, он вновь опрокинул ее на пол, в ворох юбок и оборок. Расстегнутый лиф обтянул ей плечи и мешал двигаться, и Уэстон целовал ее обнаженные груди, лизал их снизу, покусывал роскошные изгибы. Одна рука тем временем шарила у нее под юбками. Нащупав наконец разрез панталон, он запустил в него ладонь и принялся поглаживать мягкий кудрявый холмик, и наслаждение эхом отдавалось в каждой клеточке ее тела. Потом, раздвинув кудряшки, он погрузил кончик пальца в горячую влажную щель и легонько коснулся чувствительного бугорка.

Ей хотелось большего, и она приподняла бедра, пытаясь усилить ощущения, но он продолжал исследовать ее тайное местечко неторопливо и нежно. Боже, этот мужчина действительно мастер своего дела! Как постепенно, шаг за шагом, он возбуждал в ней отклик, как заставлял ее ждать в беспомощном предвкушении! Он осторожно продвигался все дальше и глубже, будто невзначай касаясь напрягшегося в ожидании бутона.

Феба содрогнулась всем телом. Стоило ему убрать палец – и ее охватил всепоглощающий голод.

— Пожалуйста… – прошептала она пересохшими губами.

Уэст смотрел на нее с довольной улыбкой: глаза его сияли расплавленной синевой. Склонив голову к ее груди, он сжал сосок губами, и несколько долгих минут лизал, посасывал и покусывал в то же время неторопливо исследуя руками ее тело. Она содрогалась, и прерывисто вздыхала, и стонала, забыв обо всем, кроме своего немыслимого наслаждения. Наконец, после всех мучительных оттяжек, он проник рукой к ней между бедрами и коснулся влажного, уязвимого входа в ее тело. Ноги Фебы напряглись, она вцепилась ему в плечи и, судорожно выдохнув, уткнулась лицом в расстегнутый ворот. Палец входил все глубже и глубже, костяшками растягивая нежную плоть, двигался внутри ее, дразнил, выходил… вот нашел какую-то особую точку, надавил – и все ее тело словно запылало огнем.

Уэст неторопливо вытащил палец и принялся ласкать шелковистые лепестки, описывать круги вокруг жаждущего бугорка. Влажный палец легко скользил по набухшей плоти, загрубевшая кожа чуть царапала, и от этого ощущения у Фебы сжимались пальцы на ногах. Все сильнее охватывало ее напряжение столь сладостное и столь нестерпимое, что она готова была на все, лишь бы дать ему выход.

— Какая же ты чувствительная! – прошептал он в ее пылающую щеку. – Может, лучше было бы… помягче, понежнее… ласкать тебя там языком? Ты не против?

Дыхание пресеклось у нее в горле.

Уэст наблюдал за ней с нескрываемым весельем в жарких синих глазах.

— О… не думаю… – умудрилась наконец выговорить она.

Он легко скользнул губами по ее губам.

— А мой девиз: «Не попробуешь – не узнаешь!»

— В жизни не слышала ничего хуже! – выдавила она с трудом.

Он лишь ухмыльнулся в ответ.

— Так гораздо интереснее жить. – И, пощекотав нежный холмик своими ловкими порочными пальцами, он прошептал: – Позволь поцеловать тебя сюда. – Поняв, что она колеблется, он потребовал: – Просто скажи «да»!

— Спасибо, нет!

В ней нарастало беспокойство, а он в ответ лишь мягко рассмеялся. Через мгновение давление между ног усилилось, и она поняла, что в нее проникли уже два пальца.