Книга Леди-чертовка, страница 22 – Лиза Клейпас

Вряд ли ругательство соответствовало случаю, но в обществе детей (почти постоянно) Фебе пришлось научиться заменять крепкие выражения разными словечками вроде этого. Она поспешила спрятаться в углу за дверью, а Эрнестина пошла открывать.

Из-за двери послышался мальчишеский голос. Эрнестина приоткрыла дверь пошире, и Иво, брат Фебы, просунув голову в щель, небрежно бросил:

— Привет, сестренка! Отлично выглядишь! И золотистое платье шикарное.

— Это цвет экрю, – поправила его Феба, и в ответ на недоуменный взгляд повторила: – Экрю.

— Обалдеть! – откликнулся Иво и, недолго думая, вошел.

Феба возвела очи горе:

— Иво, что тебе здесь понадобилось?

— Хочу проводить тебя вниз: не спускаться же к гостям одной.

Глубоко тронутая, Феба даже не знала, что сказать: только молча смотрела на одиннадцатилетнего мальчика, готового занять опустевшее место ее мужа.

— Это папа предложил, – помявшись, добавил Иво. – Я, конечно, не такой высокий, как другие джентльмены – да что там, я даже ниже тебя, можно сказать, я только полджентльмена, – но это ведь лучше, чем ничего, правда?

На лице его отразилась растерянность, когда он заметил, что глаза Фебы налились слезами.

Прочистив горло, Феба наконец сумела ответить, пусть и не совсем твердым голосом:

— Милый Иво, дорогой мой рыцарь! Сейчас ты на две головы выше всех прочих джентльменов! Спасибо, почту за честь.

Мальчик просиял и предложил ей руку галантным жестом, которому, Феба не сомневалась, научил его отец.

— Это честь для меня, сестричка.

На миг Феба словно увидела Иво взрослым мужчиной, уверенным в себе и полным неиссякаемого очарования.

— Подожди минуту: мне нужно решить, что делать с платьем.

— А зачем с ним что-то делать?

— Оно слишком… вызывающее.

Брат, склонив голову набок, внимательно оглядел ее с головы до ног:

— Это из словечек Пандоры?

— Нет, это самое обычное слово. Вызывающий – значит, слишком заметный, выделяющийся, обращающий на себя внимание.

— Сестричка, мы с тобой все равно не сможем не выделяться! – И Иво указал на свою огненно-рыжую шевелюру. – С такими волосами нет шансов, что тебя не заметят. Так что ничего не надо делать с платьем. Мне оно нравится, и Габриель будет доволен, что ты так хорошо выглядишь в канун его свадьбы!

Еще и двенадцати не исполнилось, а как рассуждает! Феба смотрела на брата с нежностью и гордостью.

— Хорошо, уговорил, – сказала она наконец неохотно.

— Ну слава богу! – с нескрываемым облегчением воскликнула Эрнестина.

Феба улыбнулась ей:

— Меня не жди. Сходи поужинай с другими слугами внизу и отдыхай.

— Благодарю вас, мэм.

Феба приняла руку Иво, и мальчик вывел ее из комнаты. Шагая к великолепной парадной лестнице, она окинула взглядом его строгий итонский костюм: черные саржевые брюки, белый жилет и черный атласный галстук-бабочку, и заметила:

— О, ты дорос до длинных брюк!

— На год раньше, чем положено, – похвастался Иво.

— И как ты уговорил маму?

— Сказал, что мне не пристало ходить в коротких штанишках: тогда уж лучше вовсе без штанов. Мама так смеялась, что чуть не захлебнулась чаем, а на следующий день к нам пришел портной, снял с меня мерки и сшил костюм. Больше близнецы Хант не будут смеяться над моими коленками!

(Мистер и миссис Саймон Хант, близкие друзья Шоллонов, вместе со своими четырнадцатилетними сыновьями Эштоном и Огастесом часто бывали в Херонс-Пойнте.)