Книга Просто Марго, страница 36 – Елена Скаммакка дель Мурго

Через два года в семье Савулиди родилась дочь.

— Я хочу назвать дочь в честь моей мамы Валентиной, – настаивала Саша.

— Нет, только не это! В честь тещи? Никогда! Твоя мать всегда ставила себя выше меня и при каждом удобном случае еще это и подчеркивала. Ты не представляешь, как мне было больно и обидно в те минуты!

— Послушай, я все прекрасно понимаю, но это старая история, пора бы тебе забыть об этом!

— Ты можешь осуждать меня, сколько тебе угодно, Саша, но у меня не получается забыть все это, прошу тебя, пожалуйста, давай дадим нашей дочери другое имя, – деликатно настаивал на своем муж.

— Хорошо, тогда пусть будет Маргарита, как из «Фауста» Гёте. Это, пожалуй, один из моих самых любимых литературных персонажей, – и она вопросительно посмотрела на своего мужа, ожидая его ответа.

А Василий, конечно же, «Фауста» не читал и кто такой Гёте тоже не знал.

«Надо бы при случае пойти в библиотеку и взять почитать этого Гёте. А то как-то неловко перед женой: она читала, а я нет».

— Хорошо, пусть будет Маргаритой! Отличное имя. В переводе с греческого означает «жемчужина», но давай только дома не будем ее звать этим обывательским «Рита», а будем называть нашу дочь величественным и сильным именем Марго. А что, Марго Савулиди! Это звучит! – подняв голову кверху, гордо произнес Василий.

— Ха-ха! Какой ты у меня стал тщеславный, Василий! Да, хорошо, пусть она будет Марго, просто Марго!

С рождением детей Александре Юдиной пришлось на некоторое время оставить свою любимую работу, но как только детки немного подросли, отдала их в детский сад при заводе мужа, возобновив свое преподавание в женской гимназии. Хотя муж и уговаривал ее вообще больше не работать, дескать, он теперь прилично зарабатывает и нет необходимости в том, чтобы Александра так надрывалась, но жена не поддавалась на его уговоры и продолжала трудиться на благо обществу.

— Лучше бы ты занималась детьми и домом! – как-то поздно, возвратившись домой очень уставшим, сгоряча упрекнул ее муж.

— Я не совсем понимаю тебя, Василий, ты о чем это? Ты что, считаешь, что наши дети заброшены и несчастливы? Или, может, они не накормлены и не одеты во все чистое? И потом, разве советские детские сады не лучшие в мире? – Юдина жестко посмотрела в глаза своему мужу, пытаясь понять истинную причину его придирок. И какая муха его сегодня укусила?!

— Лучшие, лучшие, но и жены советские должны быть самыми лучшими! А ты всегда уставшая и тебе до меня вечером нет никакого дела. Ты или отдыхаешь после работы или тетрадки свои проверяешь.

— А… Вот в чем дело? Тебе не хватает моего женского внимания? А сам ты, смотри, в кого превратился? В чопорного, высокомерного чиновника! Что осталось от того доброго, деликатного, отзывчивого юноши, в которого я так сильно влюбилась с первого взгляда! Почти уже ничего! Но я ни разу не дала тебе этого понять и люблю тебя по-прежнему. Тогда почему же ты позволяешь себе говорить мне такие обидные слова? Я всегда буду работать, потому что хочу передавать свои знания другим. Кастрюли да грязное белье могут и подождать!

— Конечно, понимаю, вы же, барышня, к другой жизни привыкли, и воспитывали вас совсем в другой манере! К грязной работе не привыкшая, только интеллектуальный труд и подавай! – съязвил муж. Но тут же пожалел, что это сказал: «Зачем я так, это уж слишком!»