Книга Пока смерть не разлучит нас, страница 110 – Мэри Джонстон

Говоря, он шевельнулся, и в тишине что-то звякнуло.

— Вы закованы в цепи! – воскликнул я.

— Только ноги, – отвечал он. – Милорд настаивал, чтобы мне заковали и руки, но вы в бреду просили пить, и из гуманности мне не стали надевать ручные оковы, чтобы я мог за вами ухаживать.

— Милорд настаивал, чтобы вас заковали, – медленно проговорил я. – Стало быть, на улице милорда нынче праздник?

— И еще какой: с музыкой и фейерверком! – ответил он с унылым смешком. – Похоже, половина здешних пассажиров лицезрела его при дворе. О господи, видели бы вы, как они его встретили, когда он взошел на борт: мужчины вытаращили глаза, женщины подняли визг! Теперь он тут главная персона: как же, он ведь лорд Карнэл, фаворит короля!

— А мы пираты.

— Вот именно, – весело подтвердил Спэрроу.

— А они знают, почему наш корабль наскочил на риф? – поинтересовался я.

— Навряд ли, разве что ваша супруга их просветила. Я не стал зря тратить слова – мне бы все равно не поверили. Готов поклясться, что милорд тоже не взял на себя этот труд. Он, изволите ли видеть, был бедным, беззащитным пленником, только и всего. Рассказ вашей жены ничего бы не изменил: все сочли бы, что ее обманули или околдовали.

— Да, такому рассказу и впрямь мудрено поверить, – угрюмо согласился я. – Ведь перед тем как наскочить на риф, мы открыли по этому кораблю огонь.

— Надеюсь, что подлецов, стрелявших из кулеврин, сожрали акулы! – с жаром воскликнул Спэрроу и тут же рассмеялся своей свирепости.

Я попытался собраться с мыслями.

— А что за люди плывут на корабле? – спросил я наконец.

— Не знаю, – ответил он. – Я пробыл на палубе лишь до тех пор, пока милорд беседовал в кают-компании с капитаном и еще одним джентльменом, которому здесь все подчиняются. Потом выживших пиратов вздернули, а нас с вами без всяких разбирательств отправили в трюм.

— Вам известно, где мы находимся?

— Сначала мы сутки простояли на якоре – видимо, команда чинила корабль, – а с тех пор непрерывно штормило. Думаю, мы все еще находимся у берегов Флориды. Вот и все, больше я ничего не знаю. А теперь усните – так вы быстрее восстановите силы. К тому же от бодрствования вам все равно не будет никакого проку. – И он вполголоса запел длинный псалом. Я уснул, потом проснулся, снова уснул и снова проснулся. На сей раз меня разбудил свет факела – его держал в руке матрос в перепачканной смолой одежде. Пользуясь этим освещением, какой-то тощий джентльмен с морщинистым лицом и маленькими черными глазками деловито осматривал мою раненую руку и плечо.

— Просто непостижимо, – проговорил он нараспев, – как часто раны, оставляемые без лечения, если не считать промывания и чистой повязки, благополучно затягиваются и заживают, надо полагать, из духа противоречия. Уверен, если бы мне позволили лечить этого пациента как положено, то есть прижечь его раны кипящим маслом и расплавленным свинцом и пустить ему кровь, то десять шансов против одного, что сейчас на свете было бы одним пиратом меньше.

И он выпрямился с самым оскорбленным видом.

— Значит, он поправляется? – спросил Спэрроу.

— О да. Рана на руке неопасна, хотя, несомненно, причиняет адскую боль. Что до раны в плече, то она, как ни странно, благополучно заживает, причем без всяких прижиганий или кровопусканий. Ничего не поделаешь, приятель, придется вас все-таки повесить. – И он посмотрел на меня своими круглыми глазками, похожими на блестящие черные бусинки.