Онлайн книга «Изгнание»
|
Великий Князь с супругой оказывали поддержку «Русским сезонам», видя в этом не только привычную миссию меценатов искусства, но и свою роль в повышении за рубежом престижа России, который немного пошатнулся после войны с Японией. Августейшая чета с удовольствием принимала у себя русскую труппу, давая ей возможность выступить перед сливками французской аристократии, которая могла бы быть им полезна и связями, и кошельками. В честь оглушительного успеха русской оперы и к приезду детей Павла Ольга дала великолепный прием, пригласив на него все самые значимые фигуры высшего света и парижской богемной жизни. — С кем это ты там говорил? – в конце вечера поинтересовалась она у Павла про молодого собеседника, который довольно длительное время не отпускал Великого Князя от себя, что-то оживленно ему повествуя. — Старший сын Юсуповых. Я последний раз видел его еще мальчиком, признаться, даже не сразу узнал… — Николай? Тот, про которого Муня рассказывала? Разве он женился? Я видела его в Гранд-опера с какой-то вертлявой блондинкой. Тогда никто еще не догадывался, какая страшная опасность нависла над внуком бывшей хозяйки особняка в Булонь-сюр-Сен. Князь Юсупов приехал в Париж за Мариной Гейден, которая, как ни упрашивала родителей переменить решение, все же была в апреле выдана замуж за графа Арвида Мантейфеля. На берегах Сены проходил их горький медовый месяц. Разочаровавшись в браке еще до венчания, новобрачная выписала Николая и свою мать во Францию, поселив их в одной гостинице. Попросив у мужа развода, она переехала к матушке и с того момента стала открыто появляться в обществе Юсупова. Родители князя не знали, чем занят их отпрыск в самом романтичном городе мира, ведь он заверил их, что едет туда исключительно услаждать слух талантом Шаляпина. — Нас это не касается. Пусть сами разбираются. Нам и своих забот хватает. — Графинюшка, позвольте поблагодарить за шикарный прием и расцеловать Ваши ручки! – густо пробасил Шаляпин. – Ваши божественные перепела в вине с раками, устрицами, зеленым горошком и пармским сыром завладели моим сердцем и желудком. Я буду просить изобразить нечто подобное своего повара! И икра у вас правильного посолу. Я, уж поверьте, знаю в этом толк. Сам могу солить. А какое собрание! Кажется, весь свет перебрался к Вам в гостиную! Ольга, как было ею заведено еще в Санкт-Петербурге, большое внимание уделяла кухне. Моря людей голодом, центром светской жизни не станешь. Голодные художники, писатели и музыканты, которые только входили в зенит своей славы, готовы были драться за приглашение на вечер в Булонь-сюр-Сен. Правда, к Шаляпину это уже не имело отношения. Он давно ярко блистал на русском творческом небосклоне. На следующий день за завтраком семейство рассматривало карикатуры Боди, который был допущен на прием, чтобы познакомиться с русскими гениями. Мальчик удивительно точно схватывал характерные черты персонажей. Дягилев был изображен с его знаменитой седой прядью, напоминая шиншиллу, Шаляпин с огромной, как растянутые меха, грудной клеткой, Робер Монтескью был похож на длинного, черного, блестящего таракана. Павел с Ольгой не могли удержаться смеха. IX Май выдался на редкость жарким. Дмитрий ждал сестру, как было уговорено, в парижской гостинице. Она уже несколько часов как должна была приехать. Но ее все не было. Чтобы не изнывать от скуки, духоты и возрастающего беспокойства, Великий Князь отправился к отцу. |