Книга Три солнца. Сага о Елисеевых. Книга II. Дети, страница 38 – Елена Бауэр

Увидел Петя и кое-что еще. В штабе он был окружен офицерами высших чинов, которые пренебрежительно считали Николая бесталанным правителем, подкаблучником, исполняющим любые капризы своей полоумной жены-немки. Было ощущение, что это мнение всей армии, поскольку преподносилось, как понимание нужд и чаяний народа, который, мол, царя и его приспешников терпеть более не может. Однако здесь Петя увидел простых солдат, умирающих с именем Государя на устах. Особенно его поразил один парень из старообрядцев, который перед смертью просил: «Передайте мамаше, как отрадно умирать за Царя и Отечество!».

Выписывая брата из госпиталя, Гуля крепко его обнял и передал письма братьям и супруге. Теперь молодому человеку нужно было решиться при оказии навестить дом на Песочной. Он ведь еще ни разу там не был после встречи с отцом и даже не видел племянника. Пока там жила сестра, Петя побаивался появляться в доме. Мариэтта так и не вернулась к отцу, на что он втайне надеялся. Братья писали, что она поутихла и преданно ждала Глеба, который, по некоторым сведениям храбро сражался и получил несколько наград.

Петру в голову пришла замечательная, как ему показалось, мысль – можно передать письма через Митю, которого он не видел с того самого ужина в Москве. К большому изумлению Петр узнал, что в своем шикарном доме родственник более не проживает. Несмотря на все сложности, найти Митю не составило труда. Петя знал несколько злачных мест, где он мог играть в карты, и в одном из них действительно застал его.

Окунувшись в атмосферу азарта, молодому человеку стоило больших усилий сдержать себя и не поддаться желанию сыграть хотя бы партию. Но он помнил о слове, данном отцу, и выстоял, не поддавшись искушению.

Митя, как всегда, был очень рад видеть юношу. Он с неподдельным интересом выслушал рассказ о службе, о госпитале, о Гуле.

— А как продвигаются дела с метательными аппаратами? – Петю разбирало любопытство: – Сейчас снабжение армии стало значительно лучше, но я пока не встречал таких орудий.

Митя закрыл лицо руками.

— Ты что же, ничего не слышал?

— Нет, а что произошло?

— Братолюбов, тот самый горе-изобретатель, оказался пройдохой и мерзавцем! Одурачил всех, включая госпожу Брасову, которая помогла ему убедить великого князя. Михаил Александрович в свою очередь уговорил Государя дать этому аферисту рескрипт на получение нескольких миллионов на осуществление изобретения. Когда проба аппаратов с треском провалилась, кинулись, а он уже около двух миллионов в банке получил… Все это произошло еще в прошлом декабре. Чудо, что мое имя нигде не всплыло! Громкое было дело. Удивлен, что ты не слышал. Я ведь и сам в эту авантюру вложился, столько потерял… Теперь уж не вернуть… Я практически разорен!

— Как же допустили, что он до великого князя и царя аж добрался…

— Да кто ж мог подумать, что такая невообразимая наглость! И меня мое чутье подвело. Твой отец никогда бы в такой просак не попал!

— Пожалуй. Он неплохо разбирается в людях.

— Прислушивайся к нему, Петя. Если б я следовал его советам, у меня, вероятно, была бы другая… более спокойная и гармоничная жизнь, – Митя вздохнул так, что Петя почувствовал всю его тоску и глубину разочарования.

Петя ничего не знал про Глафиру и что происходит в Митиной семье, поэтому он решил, что его комментарий касается исключительно финансовой стороны вопроса. Мужчина не стал делиться с юношей всеми личными проблемами, главной из которых была умершая любовь к жене. Сильно потрепанный, разочарованный в жизни, пьющий без меры Митя не вызвал у Петра уверенности, что ему можно доверить доставку Гулиных писем – непременно забудет или потеряет. Поручику стало стыдно за свою детскую трусость, и он решил, что явится к братьям сам, а там – будь что будет.