Книга Рокировка. Новый СССР, страница 117 – Константин Борисов-Назимов

— Значит размышляла, — хмыкнул я. — Это хорошо, на досуге обсудим. Мысли кое-какие имеются, но это перспектива не завтрашнего дня, а, скажем, через год-два.

— Господин Горцев, ты постоянно меня удивляешь, — задумчиво произнесла Жанна, поняв, что её вопросы меня не особо впечатлили. — Думаю, Ленке сильно повезло, но она ещё об этом не догадывается.

— Александр Николаевич сильно оплошал? — перевёл я тему.

— Ты разве ещё не понял? — вздохнула журналистка. — Подробности говорить не собираюсь, мал ты ещё!

— То-то смотрю ты уже старушка, умудрённая опытом, — хмыкнул я. — Ладно, всё у вас наладится, если не станете друг на друга обижаться на ровном месте. Кстати, недопонимание — страшная вещь. Не всегда намёки понимаются так, как задумано, а выводы и вовсе могут оказаться противоположными. Лучше честно и откровенно поговорить и расставить точки.

— А как же гордость? — задумчиво спросила девушка.

— Жан, на гордыне далеко не уедешь, а вот расстаться легко, — сказал ей, а потом вновь сменил тему: — Над журналом, всё же подумай. А лучше всего подбирай материал, думаю, когда-никогда, а его запустим. Если не получится, то всегда идею с наработками продашь.

— И кто из нас дольше на этом свете прожил и опыта набрался? — буркнула девушка и потёрла переносицу. — Мне надо поразмыслить над твоими словами.

Ничего ей говорить не стал, подмигнул и вышел на улицу. Уже темнеет, звёзды на небе показались, воздух чист, а в голове мысли и идеи скачут. В Союзе очень странный политический строй, все карты путают благородные с магическим даром. По моим наблюдениям, разрыв между правящим классом, позиционируемым народным, и обычными людьми постоянно растёт. Корпорации богатеют, кланы стараются подмять всё под себя и уверенно себя ощущают во власти. Лозунги — хорошо, но людей-то обмануть сложно. Будет ли социальный взрыв, который сметёт всё на своём пути? Если только этому поспособствует кто-то со стороны или кланы полностью от реальности оторвутся и почувствуют вседозволенность. Тот же Вадим и тот уже ничего не боится, ну, за исключением своей тётки.

— Выиграл? — подошёл ко мне Сан Саныч.

— Да, — кивнул я.

— Сегодня остался ещё один матч, завтра организаторы вывесят списки групп и расписание игр. Как таковой жеребьёвки не будет, подберут по рейтингу, стараясь разводить сильных игроков. Уже попросил, чтобы ты не пересекался ни со мной, ни с Курзиным. Правда, высока вероятность того, что встретимся в финале. Я понаблюдал за основными соперниками, те не в лучшей форме. А каких-либо интересных новичков не углядел, — произнёс Валенов.

— Разряд сумею повысить? — уточнил я.

— Сомнительно, — отрицательно качнул головой мой собеседник. — Рейтинговых очков немного наберёшь, тут мало перворазрядников, а КМС только мы с Александром Николаевичем. Но он до финала вряд ли дойдёт, у него есть раздражающий фактор, — усмехнулся Сан Саныч.

— Но в любой момент может возникнуть подъём сил, если отношения наладятся, — возразил я.

— Ошибаешься, если такое случится, то он начнёт в облаках витать. Нет, — Валенов на меня посмотрел, — он нам не соперник, а ты вряд ли со мной совладаешь, опыта мало.

— Не рано ли психологическое воздействие применять? — спокойно поинтересовался я.

Сан Саныч крякнул и ничего не ответил. Кивнул в сторону школы и сказал: