Книга Дебют. Жить в СССР, страница 9 – Константин Борисов-Назимов

Интересно, чем её до такой степени взбесил? Точно не своими словами, а до сегодняшнего утра она ко мне более-менее относилась. Ворчала, но бывало, что и четвёрки ставила, когда находилась в хорошем расположении духа.

— Или потребую комиссию созвать, чтобы она меня оценила, — задумчиво ответил учительнице, пытаясь проанализировать происходящее.

— Попытайся, — поморщилась Нина Анатольевна. — Поверь, там ещё бледнее будешь выглядеть, чем сейчас!

— Без проблем, — пожал плечами. — Пойду, мне тут сегодня делать нечего.

— Сядь! Урок ещё не закончен и тебя не отпускала! — рявкнула Дугарова.

— Простите, но оставаться нет желания, — спокойно ответил ей, взял сумку и направился к двери.

Биологичка проворно сделал несколько шагов и перекрыла собой выход. В её глазах гнев, на виске пульсирует вена, губы побелели. Как бы удар старушку не хватил. Вот что на неё нашло? Чего ко мне прицепилась⁈ Гм, а не воспользоваться ли даром? Сама-то учительница свой предмет любит, за детей переживает, но нервы у неё не в порядке. Вызвал искру и приказал ей внушить старушке умиротворение. Судя по расширившимся зрачкам Нины Анатольевны, то заряд спокойствия она получила, но от своего отступать не стала.

— Давайте в коридоре поговорим, — предложил я. — Вы же на меня злитесь не из-за знаний, тут что-то другое, а понять не могу.

— Горцев, ты же не тупой, — чуть слышно произнесла Дугарова. — Запомни раз и навсегда, на уступки не пойду и Лидию в обиду не дам. Собственными руками мерзавца придушу, пусть и в тюрьму на старости лет попаду.

— Это вы о чём? — озадачился я.

— Видела тебя с Иннокентием, — холодно произнесла Нина Анатольевна. — Мерзавец решил действовать через тебя? Передай ему, что он ничего не добьётся!

— Так, пойдёмте-ка в коридор! — взял учительницу под локоть, а потом оглянулся к притихшему классу: — Попрошу не шуметь, нам не хватало ещё, чтобы директор или завуч прибежали!

Немного бесцеремонно вывел Нину Анатольевну из класса, та только что-то пискнуть успела, но сопротивляться не смогла, силы далеко не равные.

— Говорите, — коротко сказал, когда оказались у окна, вид из которого открывается на школьный стадион. — Как понимаю, вы меня увидели со знакомым и сделали неверные выводы.

— А ты хочешь сказать, что он приходил не просить за себя? — прищурилась Дугарова. — Мою дочь он не получит! Мерзавец этакий! Ишь чего удумал, замуж дурочку позвал, а та и уши развесила! А не подумала, что люди скажут⁈

— Стоп! — перебил я биологичку. — Понятия не имею, о чём вы говорите, но обещаю разобраться. Уж простите, но на вашу сторону встать не могу, не знаю ничего! — развёл руками.

— Не врёшь? — уточнила Нина Анатольевна. — Но я же своими глазами вас с Иннокентием видела, вы вон там стояли! — указала направление старушка, ткнув пальцем в окно.

— Да, перед школой Клеш… гм, Кеша меня нашёл, и мы поговорили, но к вам это отношения не имеет, — произнёс я.

— Вот как? — выдохнула Дугарова, а потом затараторила: — Серёжа, помоги, а? Поговори ты со своим приятелем, зачем он мою Лиду с пути сбивает. Он же её моложе, а голову задурил и та сама не своя. Со мной спорит, даже знакомить приводила. Зять, тоже мне фрукт! Ведь поматросит и бросит, даже если женится.

А что мне известно про Клешню? Толком ничего, пару раз видел и мнение о нём не составил. Он, если честно, даже на приблатнённого не похож. Правда, вёл себя сегодня довольно странно, кепку на глаза надвинул, шею в плечи втягивал, но старался держаться уверенно. Неужели боялся столкнуться с Ниной Анатольевной? Хм, у кого бы про своего шапочного знакомого выяснить? Не привык давать какие-то обещания, если не разбираюсь в вопросе.