Книга Магнат, страница 98 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Сёма, валютой проще расплачиваться за товары, — удивился недовольству начфина атаман.

— Вот и будем казацкими рублями оперировать, — вкрадчиво поведал хитрый банкирчик.

— Эх, кабы была у нас мощная казачья держава, то и рубль бы вес в финансовом мире солидный имел, — грустно вздохнул атаман. — А дотоле нам свои бумажные ассигнации иностранцам не всучить — нет веры казачьему банку. Нужны филиалы по всему миру, чтобы не сомневались скупердяи заморские в надёжности казачьего рубля, чтобы верили в честный обмен на золото. Вот так–то, Сёма, вроде бы и золота у нас полно, а доверия казачьи банкноты не вызывают.

— А мы сделаем их золотыми, — подмигнул атаману находчивый Сёма.

— Золотые червонцы чеканить будем? — не очень воодушевился тривиальной идее Алексей. — Не очень–то удобно мелкие расчёты проводить. Монеты хороши лишь для кубышки на «чёрный день». Ведь жулики начнут края подтачивать, каждую денежку взвешивать придётся.

— Нет, мы напечатаем бумажные, но с золотой начинкой, — юлил хитрый деляга.

— Это как? — опешил атаман.

— У нас скоро закончится старая бумага с гербовыми водяными знаками, — пожаловался на очередную проблему начфин. — Вот я и заказал спецам императорского монетного двора изготовить новую бумагу, да с повышенной защитой от подделки. Так один умелец нашёл способ золотую нить в лист бумаги вплетать. Ну не совсем нить, скорее узкую ленту, которая прошивает лист насквозь, то, скрываясь в бумаге, то, выходя из неё с разных сторон. Только чистое золото слишком мягкое, пришлось сделать металлическую ленточку позолоченной. И рассчитали её так, чтобы, при сжигании одной рублёвой купюры, оставался ровно один грамм позолоты. Такой казачий рубль теперь никому не подделать, и ценность он имеет свою, истинную. Конечно, сжигать банкноту, для извлечения золота — мороки много, проще в банке обменять, но зато уж вера казачьим деньгам теперь будет железной. Вернее, золотой.

— Не подделать, и золото не сточить, как с металлической монеты, — задумчиво погладил ладонью бороду Алексей. — Это вы здорово придумали. Такой банкноте будет всюду вера. Такой рубль инфляция не обесценит — ведь он, по сути, золотое наполнение имеет. Эт ты, Сёма, воистину, мировую валюту изобрёл.

— Подожди хвалить, Алексей, фишка ведь тут в другом, — воровато озираясь по сторонам, прикрыл ладонью губы банкир и прошептал главную тайну: — Когда мы распространим по всему миру банкноту стоимостью в один рубль и заставим поверить в честный обмен на золото, то начнём печатать банкноты номиналом в десять золотых рублей, а потом и в сотни. Валюта закрутится в финансовом обороте, и ведь не каждую купюру в наш обменник понесут. Много денег зависнет на руках у обывателей и в банковских сейфах. Поэтому парагвайские казаки смогут печатать уйму не обеспеченных золотым запасом денег и распихивать по миру. Конечно, мы по–прежнему будем честно менять на золото купюры любого номинала, но веса золота в каждой банкноте будет только на один грамм. А все бумажные деньги в наш банк никогда не принесут. Когда казачьи рубли войдут в финансовый оборот, их и банки других стран начнут принимать и обменивать на национальную валюту.

— Ох, Сёма, я было возгордился, что золотой клад со дна морского достал, но ты нашёл, воистину, сказочное золотое дно! — сгрёб в охапку пискнувшего начфина Алексей и закружил с трепыхающимся в крепких объятьях толстячком по палубе корабля.