Книга Сын ведьмы, страница 55 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Но медицинские авторитеты утверждают, что…

— Забудьте ошибки теоретиков, — небрежно отмахнулся битый жизнью хирург. — Великий практик, Отец Матвей, велит обрабатывать все раны одинаково внимательно.

— Отец Матвей? — попытался вспомнить кого — то из светил медицины с подобным именем грамотный фельдшер, потом даже начал перебирать в памяти святых угодников.

— Не утруждайте память, молодой человек, — покровительственно улыбнулся старый доктор. — Имя величайшего целителя известно только избранным. И вам сегодня выпадет честь познакомиться с одним из его учеников — Алексеем Ермолаевым.

— Разрешите выполнять? — смущённо переминался у стола совсем сбитый с толку молоденький фельдшер.

— Да, только захватите с собой пятилитровую бутыль спирта… Я вчера забыл передать в полевой медпункт. А, если санитар Ермолаев будет отказываться её принять, то скажите, что это приказ капитана Валерьева.

— Так какой же дурак от бутыли спирта может отказываться? — округлились глаза у фельдшера от такого кощунства.

— Гений полевой хирургии! — сурово нахмурив брови, поднял указательный палец старый доктор. — Отныне, всех раненых, прибывших от Алексея Ермолаева, помечать особо. А перед транспортировкой с передовой, обязательно интересоваться у него — прооперирован ли пациент.

— Чего — о — о??? — отпала челюсть у фельдшера.

— Исполнять сей приказ всем неукоснительно!!!

— Так точно, Ваше благородие! — Печкин отдал честь, развернулся и строевым шагом промаршировал до двери.

Фельдшер скрылся с глаз, а Роман Васильевич отставил бутылку коньяка и вперился взглядом в рентгеновский снимок. Ах, как жаль, что офицерская гордость не позволяет вприпрыжку бежать на передовую, упасть на колени и посыпать голову пеплом. Доктор в душе порывался броситься в ноги к великому кудеснику и молить его взять в ученики, но дворянин крепко держал волю в узде — негоже старику идти на поклон к мальчишке.

Теперь они обречены сражаться каждый на своём посту, не пересекаясь. Но ведь главное — каждый по — своему будет спасать солдатские жизни.

Вопреки опасению доктора, казак не отказался принять бутыль спирта в качестве мировой. Заранее предупреждённый фельдшер, конечно, удивился уже прооперированным раненым, но вида не показал. Только передал просьбу начальника лазарета: всегда указывать, чьи раны странный чудо — санитар успел тщательно обработать, а кому просто сделал перевязку. И только, когда уезжал, Печкин завистливо съязвил:

— Небось, всю спиртягу, казачок, сам выжрешь, раз для дезинфекции он тебе непотребен?

— Нет, я с помощью бутыли «огненной воды» построю медпункт в глубине скалы, — удивил чудной фразой паренёк и показал фельдшеру книгу, какую листал на досуге. — «Последнего из могикан» читаю, историю про индейцев.

— Да ты сам, как индеец — дикий, — махнул рукой на паренька Печкин и, уже тронув поводья, ехидно бросил через плечо: — За одну бутыль тебе каменный терем не построить.

— Через три дня приезжай в гости, — улыбнулся в ответ наглец. — С тебя, Печкин, тогда бутылка самогонки.

— А с тебя, грамотей, — две, если каменных хором не возведёшь, — азартно согласился фельдшер. Любил он поспорить, особенно, когда был уверен в правоте. Ну, а книжную беллетристику в свободное время не читал — охочий был по выходным в увольнительной водочкой баловаться.