Книга Внутри невидимых стен, страница 11 – Хамки

— Ох, ты трудный… – снова попытка закатить глаза в небо. – Я же говорил, что немного порылся у тебя в мозге, пока ты был в отключке. Ну и чуть-чуть модифицировал его. Теперь ты можешь понимать языки любых существ, имеющих хотя бы минимально структурированную речь. Не бойся, эта модификация тебе никак не повредит. Поэтому и Лику ты понимаешь, как и она тебя – у нее это свойство изначально в мозге прописано. Ну а то, что я с вами общаться могу, – это вообще очевидно, ведь я одно из умнейших существ во Вселенной. Как и любой саланганец. Правда, других тут сейчас нет…

— Модифицировал мой мозг? Но… – сперва Макс воспринял это как подкол, но быстро сообразил, что Хамки не шутит.

— Самую малость! – примирительно выставил лапки вперед фиолетовый зверь. – Для твоего же удобства! Ну и заодно порылся в твоей памяти, в общих чертах изучил, кто ты и откуда.

Глаза спецназовца округлились. Сидящее перед ним существо не переставало преподносить сюрпризы.

— Ну, чего побледнел опять? – снова ухмыльнулся Хамки. – Радуйся! Из-за рукожопости ученых твоего мира ты оказался здесь. Без знания языка и путеводной звезды в моем лице ты не протянул бы и нескольких дней! А теперь мы вместе сможем исследовать этот дивный мир! И со своей умари ты не останешься без еды – она должна быть хорошей охотницей.

— Хоть что-то хорошее… – грустно усмехнулся Макс. – Погоди, ты сказал «исследовать»? Но ты же местный, вроде как.

— Я слишком местный, – уточнил хомяк.

— Это как?!

— Мои сородичи покинули планету много миллионов лет назад – это называлось Исход саланганцев. Я же остался наблюдать за ее развитием без нашего присутствия, – пустился в объяснения Хамки. – Но эволюция – дело долгое; проплутав тут несколько столетий, я лег вздремнуть. Впал в «длительный сон», запрограммировав НОРУ разбудить меня через сто тысяч лет. Но где-то невнимательно выставил настройки. И… Короче, когда я проснулся, потому что ты материализовался в моей НОРЕ, чуть не раздавив меня, то обнаружил, что проспал почти двенадцать миллионов лет. Так что я тоже не в курсе того, что тут творится. Но вместе мы можем очень неплохо провести время!

— Однако… – удивленно протянул Макс, впечатленный рассказом. – Что у тебя вообще за НОРА такая? И ты сам… бессмертный что ли?!

— Да, биологически я бессмертен, то есть естественной смертью умереть не могу, – сказал Хамки. – А НОРА – это Ноосферный опорный реабилитационно-восстановительный ареал, считай – моя личная база, она же дом. По запросу отправляет мне в мозг всю нужную информацию об окружающей обстановке на планете, способна дистанционно регенерировать меня при критических повреждениях и даже вернуть к жизни, если меня кто-то убьет. А еще там ангар с моим звездолетом и жилое помещение, где висят качели и стоит кровать…

Макс непроизвольно хмыкнул. Звездолет, качели и кровать – помесь детской комнаты с космодромом.

— Вот мне в спальню ты и телепортировался, буквально навалившись на меня, и этим разбудив! – нахохлился Хамки. – Все, поднимай свою тушку и попробуй пройтись! Вернется Лика, и отправляемся. Мне страсть как интересно начать исследования!

— Хамки, подожди! Мне надо подумать, – отмахнулся от него Макс.

— Потом подумаешь! Вставай! По дороге расскажу, если что-то заинтересует! Я, поди, столько всего интересного проспал!