Книга Убежище Ксинори, страница 91 – Хамки

Причём – достаточно высокотехнологичном судостроении. В частности, им могут оперировать Пространственные кузнецы. Если сравнивать с технологиями Салангана, эти вещи устарели где-то на двести миллиардов лет, но если брать «среднее по Вселенной», то это весьма продвинутый уровень.

Ксинори, похоже, сами не поняли, что нашли, но догадались, что штука очень ценная, поэтому на защиту планеты была брошена значительная часть их армии. Как я понимаю, было принято решение любой ценой сохранить контроль над залежами арьи, параллельно направив все усилия учёных на освоение его применения. Вероятно, планировались и покупки технологий его использования, но вряд ли бы они нашли продавца таких знаний.

Как бы там ни было, случившееся нападение только укрепило убеждённость ксинори в своей правоте.

— У этих ксинори не одна планета, что ли? – удивился Макс.

— Их раса занимает больше трёх десятков миров. Хоть их технологии достаточно слабы, им повезло – родной мир, планета Ксинори, находится в системе, где целых восемнадцать планет, плюс в соседней звездной системе десяток планет с вполне приемлемыми условия для модификации и дальнейшего проживания. Так что их дальнейшая экспансия выглядит вполне логично.

Тем не менее, агрессор имел технологическое преимущество, пусть и незначительное. И, что важнее, численный перевес. В бою эта станция была повреждена, и капитан приял решение отступить, чтобы не дать судну и команде погибнуть.

Но система телепортации и позиционирования, видимо, пострадал слишком сильно и сработала некорректно – судно перенесло не к ремонтным докам, а чёрт его знает куда.

«Кого-то это мне напоминает…» – про себя хмыкнул Макс.

— На этом информация о битве заканчивалась бы, если бы не одно большое «но». Решение об отступлении, может, и было тактически правильным, но по факту – преждевременным, ибо на поле боя появилась третья сторона. Полностью решившая исход и этого сражения, и всей войны.

Изображение на экране изменилось, теперь там был крупным планом изображён кораблик, похожий на растопырившего лапки паука, у которого вместо восьми небольших глаз было два крупных. На его борту красовался интересный рисунок – хомячья голова в шлеме, подобном тем, что были у римских легионеров.

— Дело вот в этом истребителе, – указал саланганец. – Надо пояснять, что это?

— Хамки, посмотри на нас, – проворчал Макс. – Пояснять надо всё!

— Ладно-ладно! Это – саланганский «мотылёк», модификация «ловчий». Она создавалась для одной-единственной цели – полного уничтожения Светочей. Оружие «ловчих» способно накрывать ХАОС-сетью огромные пространства, не давая врагу шанса избежать полного уничтожения, после которого никакое воскрешение или реинкарнация будут невозможны.

Но Саланган никогда не участвовал в войнах, не имеющих к нему отношения. То есть помогать любой из сторон мотивов у нас не было. Я не связывался с НОРОЙ и тем более Новым Саланганом, чтобы выяснить детали, но очевидно одно – раз наши войска ввязались в эту войну – значит, у нас был свой интерес. И, вероятнее всего, это уничтожение Светочей.

— Хамки, мне показалось, или там таких «ловчих» всего два? – Макс вспомнил, что на предыдущем изображении тоже были эти судёнышки, но они казались исчезающее маленькими по размерам. – Как они собирались менять исход боя, а уж тем более войны?