Онлайн книга «Убежище Ксинори»
|
«Этот обелиск – памятник безвременно и навсегда погибшему сыну Салангана. Его последнему хранителю – Хамки Пухлику-Иллей Пенки-Елси Церли-Хинси Авиру-Мелли Лоззи-Охли Пуньку. Наш славный собрат стал всем для этого мира. Его надеждой, его светом. Это памятник Хамки, научившему всех нас любви». Образ Хамки возник у Макса в сознании против его воли. «Любви к своему миру, своей родине. Любви, которой нам всем не хватило, чтобы остаться здесь. Любви, которой у него было слишком много. Любви, которая и привела его к гибели. Славься вовеки и покойся с миром, добрейший и светлейший из нас, наш любимый брат! Наш Хамки! Голос замолк, а Макс невольно отшатнулся. Сомнений не было. Перед ними – могила. Могила Хамки! — Ты тоже слышал это, Макс? – взволнованно спросила Лика. – Что происходит? Как такое возможно?! Ведь Хамки жив! Макс сделал ещё несколько шагов вперёд, но почему-то не решился приближаться к обелиску вплотную. Впрочем, и с такого расстояния всё было прекрасно видно – монолит из неизвестного материала изображал его мохнатого друга, застывшего в «прощальной» позе – Хамки словно сидел на земле, глядя в тёмное небо и махая правой лапой куда-то вверх, в пустоту. Своим собратьям, выбравшим Исход с Салангана. — Я не понимаю… – растерянно прошептал Макс. Тут он заметил, что в правом нижнем углу высокого прямоугольного постамента была нацарапана какая-то надпись на незнакомом языке, но не смог её прочесть. Вообще, создавалось впечатление, что эта конструкция стоит тут уже множество веков, если не тысячелетий, но выглядит при этом совершенно нетронутой временем. Да и сама полянка гладкая как газон, лишённая дикой растительности, лишь гладкий и ровный травяной покров. — Макс, я боюсь! – пискнула Лика. — Лика, постарайся не паниковать, – сказал Макс. – Я тоже не знаю, что всё это значит. «Если Хамки жив – откуда могила?! – подумал Макс. – Если убит – то кого я встретил здесь, на Салангане? Кто привёл нас сюда?.. Что за существо сейчас бродит по станции?.. И как вообще возможно, что он мёртв? Ведь у него есть НОРА, способная вернуть его к жизни…» — Лика, как ты узнала об этом месте? — Прости, Макс, но я услышала ваш с Хамки разговор на балконе… Вы общались, а я слушала и смотрела из-за приоткрытой двери. Я должна была уйти, но мне было слишком любопытно… Это такой недостойный поступок… — Ближе к делу, пожалуйста! — Хамки смотрел на звёзды и иногда на тебя, а ты – на него. И вы оба не заметили в темнеющем небе столб света, поднимающийся с земли. Он был слабый, но я прекрасно вижу в темноте… Вы ушли, а мне стало интересно, что же там такое. Я помню, что Хамки сказал, что ТУЛУП может стать чем угодно. И он стал моими крыльями! Я верю Хамки, я не боялась, ступая в бездну с балконных перил станции. И крылья возникли, стоило мне этого захотеть. Я прилетела сюда и увидела… Это… И я не знаю, что мне теперь делать и думать… Макс, скажи, что знаешь, что происходит! — Лика, я не… Девушка Лика вдруг прянула ушами и, схватив парня за руку, утянула в ближайшие кусты. — ?! Лика прижала палец к губам, и Макс всё понял. Выглянув через густые листья, они смотрели на поляну. Прошло меньше минуты, как на освещённую исходящим от монумента слабым светом лужайку вышел… Хамки! Лика прижалась ко спецназовцу всем телом, и он ощутил, как она дрожит. |