Книга Убежище Ксинори, страница 115 – Хамки

Подняла голову и посмотрела на небо.

— Звезды. Всё такие же, как и обычно. Будто ничего и не происходило. Словно никогда и не было здесь никого, кроме меня. А пройдёт время – не будет и меня, – перевела взгляд на оружие в моих руках. – Меня, сильнейшей Обречённой… – ловким движением я убрала оружие и положила ладони на подол платья. – Ксиль, я знаю, что ты мечтала увидеть мой триумф также сильно, как и свой. Прости, что так получилось… – слёзы ручьями струились из глаз против моей воли.

Все эти дни я держала себя в руках, показывала радость и прятала печаль. Неподходящее время и место быть слабой. Но сейчас другое дело. Сейчас я могла позволить себе сделать то, чего больше всего хотела с момента гибели Ксиль.

Я рухнула лицом в траву и, накрыв голову руками, заревела навзрыд.

— Может быть, теперь ты поймёшь меня, – немного помолчав, продолжила Эйка. – Обряд посвящения лишил меня всего. Из всех, с кем я тренировалась и с кем вместе выросла – прошла обряд Отчаяния я одна. Остальные погибли меньше чем за час. Им не хватило сил пройти финальное испытание. Ядовитые шипы, ловушки, чаны с кипятком – все, кто был мне дорог и близок, остались там. Тогда я и осознала цену своей жизни. Тогда поняла, как хрупка она, и как хрупки жизни других. Не привязываться. Не любить. Не зависеть. Это аксиомы для любой Обречённой. И написаны они кровью.

«Во, разошлась…»

— Поэтому мне нет до ксинори никакого дела – творите с ними, что душа пожелает. Главное, что теперь у меня есть сила, которая не снились даже главе Ордена Обречённых. И когда мы вернёмся на Зелирию – я пущу её в ход.

— В ход? – напрягся Макс.

— Главой ордена всегда становится сильнейший ассасин, – напомнила Эйка. – И теперь это я.

«А неслабые планы у девочки. Сказал бы про манию величия, но сейчас она права. Надо постараться не допустить такого развития событий».

— Макс, ты чего? – рассмеялась девушка, заметив его растерянность. – Не думаешь же ты, что я пойду крошить всех направо и налево?

— Да кто тебя знает…

— Я хочу просто жить, – вздохнула Эйка. – Жить так, как хочу я. Жить свободно, диктовать условия и правила, а не подчиняться. Не больше того. Но и не меньше.

— Не понимаю, – покачал головой Макс. – Если больше всего ты ценишь себя, то зачем отправилась за мной? Ведь мы могли погибнуть. Да вы с Ликой и погибли, считай…

— Я же сказала тебе. Мои мир – я и те, кто мне дорог. Я не хотела терять вас с Ликой – это раз. Я надеялась, что мы с ней сумеем отговорить тебя от идиотской затеи пробираться сквозь стену – это два. Впрочем, это было наивно, понимаю, – она ухмыльнулась. – И три – я была почти уверена, что нам ничего не угрожает – раз мы идём по следам Хамки, то все возможные угрозы уже полностью устранены – это следовало из его слов, судя по тому, что ты нам передал.

— Может, если бы вы не полезли дуром обе сразу – стена бы и не среагировала, – проворчал Макс. – Впрочем, это уже не важно.

— Как бы там ни было, если раньше я могла жить лишь в Теократии, то теперь мне открыты все пути. А я просто посмотрю, что будет происходить вокруг, и по итогу решу, как лучше поступить. Но если ты ждёшь от меня каких-то действий здесь – зря, происходящее для меня любопытный опыт, не более того.