Книга Симфония для пяти струн, страница 28 – Дарья Кузнецова

— А зачем ты меня искал? — полюбопытствовала я, пытаясь изгнать грустные мысли.

— Аль просил. Тебе нужно подойти сегодня, записать показания. Только он очень просил, чтобы ты не раньше шести пришла. Позже можно, а раньше никак.

— Так ты с ним работаешь? — влезла Оли, уже подскочившая с места и отложившая книгу. — Ну, и что ты можешь про него сказать?

— Ну, ещё утром мог бы сказать только несколько очень крепких ругательств, — хмыкнул Тор. — А потом ничего так. Его будто подменили; главное, нет этого постоянного ощущения, что играешь какую-то роль или отвечаешь урок у доски.

— А, ты тоже заметил? — обрадовалась Олея. — У меня аж мороз по коже! Одной только Ау нипочём.

— Ты его знаешь? — удивился помощник следователя.

— Да он вчера к Ау забегал, а я как раз у неё сидела. Ну, альбомы эти забрать. Кстати, нашёл он, что искал? И что он там найти пытался?

— Не знаю, он у меня их только недавно забрал. Вчера вечером отдал, ничего толком не сказал, а сегодня взял обратно, — пожал плечами Тор, едва заметно нахмурившись. — Не знал, что это твои альбомы. Ау, а ты не боишься этого человека?

— А почему должна? — я вскинула брови, поражаясь синхронности мышления Олеи и Тора. — Совесть у меня вроде чиста, я никого не убивала, а впечатления лентяя, желающего смахнуть трудное дело на первого попавшегося человека, он не производит. Наоборот, скорее, до центра мира докопается, но найдёт настоящих виновников.

— Да я не сомневаюсь, что ты не виновата. Имею в виду… ну, ты же с ним разговаривала! Вон, Оли у нас насколько невозмутимая, и то… А ты куда более эмоционально чувствительная. Во имя Хаоса, ты же в глаза ему смотрела, ты же должна понимать, что я имею в виду!

— Да, смотрела, — терпеливо кивнула я. — Красивые глаза. Тор, я просто уверена, что он хороший человек. Необычный, странный, экстравагантный — сколько угодно, но при этом хороший. И ни одного доказательства обратного я пока ещё ни от кого не услышала. Ну, стиль общения у него… специфический. Подружиться с ним, пожалуй, я бы не смогла; да и не знаю никого, кто смог бы. А так — вежливый приятный мужчина. Вот если ты мне предоставишь документальное свидетельство, что он лично, осознанно, скажем, подставил ни в чём неповинного человека, то я соглашусь назвать его подлецом. А пока — уж извини! — это ты себя по-свински ведёшь, полагая, что все вокруг должны его бояться. По себе, знаешь ли, людей не судят! — закончила я возмущённую отповедь, только теперь заметив, что за это время успела подняться на ноги.

— То есть, ты полагаешь, что это я его боюсь? — недобро сощурился Астор.

— Так, стоп! — влезла между нами Олея. — Вы ещё подеритесь!

— Извини, — Тор отступил на шаг назад, пристально и очень внимательно меня разглядывая. Я поспешно села обратно на диван, сама озадаченная собственной вспышкой. — Я, пожалуй, пойду. Всего хорошего!

— Пока, — вздохнула подруга, присаживаясь рядом со мной. — Ты чего взъелась-то?

— Не знаю, — я вздохнула. — Меня Тор почему-то последнее время ужасно раздражает.

— Странно, он же тебе в школе нравился.

— И сейчас нравится… то, каким он был в школе, — уныло проворчала я, затягивая к себе на колени книгу и обхватывая её обеими руками. — Он очень изменился за эти три года. Вот Класт тоже изменился, но всё равно, глядя на него, я так и вспоминаю детство. Ты тоже изменилась, но совсем чуть-чуть. А Астор… я на него смотрю, и вижу помощника следователя. Точка. Как будто мы раньше и знакомы не были.