Книга Репортаж на миллион, страница 34 – Дарья Кузнецова

Несколько секунд я боролась с собой, а потом плюнула на всё положила ладонь мужчине на живот.

Кромешник вздрогнул от прикосновения. Мышцы под моей ладонью напряглись, Тео плавным движением сел. Моя ладонь сама собой скользнула вбок и вверх, под рубашку. Вторая рука присоединилась к первой без участия разума, а взгляд метнулся к губам.

А может, Кромешная посмотрит куда-нибудь в другую сторону?..

Однако у Тео сила воли оказалась явно крепче моей. Одной рукой он обнял меня за талию, второй — поймал подбородок, неуловимо мазнул большим пальцем по горящим от недавнего поцелуя губам и приподнял лицо, ловя взгляд.

— Пойдём, — проговорил тихо, чуть севшим голосом, который отозвался у меня внутри волной приятного жара и слабой дрожью по спине. — Не стоит испытывать терпение Кромешной дальше.

— Угу, — заторможенно протянула я, не шевелясь. Потом облизала сухие губы и… не удержалась.

На поцелуй Тео ответил, но на провокацию не поддался, вместо этого просто встал сам, придерживая меня под бёдра. Не знаю, на что рассчитывал, но лично меня всё устроило. Вместо того, чтобы встать на ноги, я этими самыми ногами обвила его талию.

— Тиана!.. — выдохнул — почти простонал — он мне в губы, всё же прервав поцелуй. — Пойдём, я провожу тебя до домика. Тебе нужно отдохнуть и выспаться, а завтра…

Что именно завтра — он, кажется, не придумал. А я всё же заставила себя сползти вниз, встать на собственные подрагивающие ноги и нехотя пробормотала:

— Пойдём.

Желание продолжало горячить кровь и туманить голову, но я постаралась не осложнять мужчине жизнь и не провоцировать его прямо сейчас. Когда Тео выпустил меня из объятий, взял за руку и потянул прочь из храма, сладкий туман в голове наконец рассеялся достаточно для того, чтобы задать себе простой вопрос: а что мешает нам продолжить, перебравшись в более удобное для этого место?

Эту мысль я думала всю обратную дорогу, пытаясь определиться, чего я хочу больше — изобразить приличную женщину, которая не прыгает в постель к мужчине в первый вечер знакомства, или всё же прыгнуть.

Хорошо, что по дороге к преподавательским домикам нам никто не встретился: представляю, что о нас могли подумать! Мне было лень поправлять рубашку и растрёпанную Теодором причёску, кромешник — вообще, кажется, не задумался, в каком он виде. Тут требовалось проявить недюжинную фантазию, чтобы подумать о нас что-нибудь приличное.

Тео в молчании довёл меня до самых дверей домика, выпустил руку.

— До завтра, — улыбнулся он.

— До завтра, — согласилась я, всё ещё не решив и не решившись.

Но не воспользоваться возможностью показалось глупым: Теодор стоял на ступеньку ниже, и как тут удержаться, когда не нужно никуда тянуться и тянуть? Я обхватила ладонями его лицо, коснулась губами губ — легко, ласково, уже почти убедив себя, что более близкое знакомство следует отложить на потом.

Вот только Тео на такое не согласился. Его ладонь накрыла мой затылок, поцелуй вышел жадным, лихорадочным, и желание вспыхнуло мгновенно и ярко, словно на раскалённые угли плеснули спирта.

Дверь в домик я открывала на ощупь. Или не я, а кромешник? Да какая разница, в самом деле!

Какая разница, почему мы встретились? Какая разница, что знакомы всего ничего? И какая, в конце концов, разница, сколько, чего, когда и у кого было в прошлом, если настоящее — вот оно, рядом, целует жадно, и одним взглядом ласкает так, что кружится голова и прерывается дыхание?