Книга После войны, страница 6 – Дарья Кузнецова

Но самое страшное не бои. Самое страшное — видеть следы войны, следы деятельности этих тварей, которых людьми-то назвать язык не поворачивается. Истощённую землю, мёртвые деревни; некросы почти не брали живых пленных. Зачем, если убитого потенциального врага можно поднять в виде своего же солдата? А ещё — самопроизвольное поднятие нежити поблизости от мест крупных боёв, затаившиеся потерявшие хозяев не-мёртвые… Даже не хочется думать, сколько лет мы будем выколупывать из лесов и болот всех этих тварей!

По этой причине и вышел приказ за номером 217 "О возвращении боевых офицеров". По которому не демобилизовавшимся офицерам полагается год отпуска — при условии, что добираться домой они будут на попутках и своим ходом, по примерно заданному маршруту. Чтобы хоть немного проредить поголовье оставшихся от войны тварей; всё потом легче будет. А то когда ещё связь опять наладится со всеми деревеньками и сёлами, чтобы можно было оперативно реагировать!

С этими мрачными мыслями я дошёл до места преступления. И обомлел.

Мать честная!

— И что, все остальные тела были найдены подобным образом? — я, медленно зверея, мрачно воззрился на сопровождающего меня призрака. Тот почуял неладное, но верно определить источник опасности не смог, поэтому начал говорить по существу, сверля меня настороженным взглядом.

— Ну да, товарищ офицер. Истинный крест — так! Ну, кроме первых трёх, зверушек да бабки Нюхи… А что случилось?

— Что случилось?! — рявкнул я. — Да тебя за такой доклад обстановки расстрелять надо! С последующим принудительным развоплощением! Ты вообще, часом, не вредитель, мил человек? — от злости я не кричал, а издавал хриплое шипение. Бедный призрак шарахнулся, испуганно сжался и мелко-мелко тряс головой. Мысленно досчитав до пяти, я решил отпустить перепуганного мужика, пока он меня до греха не довёл. — Пшёл вон! — сквозь зубы процедил я, и призрак с радостью ретировался, от волнения срезав путь сквозь забор.

Ох уж эти мне гражданские! Я всё понимаю, да, человек невоенный, без образования. Да, он не должен замечать обрывки ауры и следы заклинаний, не должен знать специфическую терминологию и уметь отличать упыря от вампира. Но, мать вашу, как можно, имея в наличии глаза, вот это назвать "нет следов"?!

Кровь была везде. На траве, на стенах дома, на заборе… Мелкие брызги и капли, местами сложившиеся уже в потёки, среди которых угадывались вполне чёткие очертания букв сакрического алфавита. Выбеленный и совершенно чистый скелет лежал посередине, ничком, раскинув руки и ноги в символе косого креста.

Я ещё раз непечатно выругался и приступил к осмотру.

— Как интересно, — через пару минут раздалось из тени под забором. — Признайся, ты ведь сперва подумал, что это какие-то лесные твари шалят, а?

— С таким объяснением? Удивительно, что я не предположил массового самоубийства, — мрачно пробормотал я. — Наверное, от этого меня предостерегла смерть козлёнка.

— Да ладно, не горячись, — он хихикнул. — Он же мёртвый, да ещё и гражданский. Какие-нибудь идеи есть?

— Есть, — я вздохнул, присаживаясь на корточки рядом со скелетом и внимательно его разглядывая. И уже сердясь на себя за то, что нарычал на призрака. Тень прав, какой с него спрос! — Но они мне не нравятся.

— Ещё бы нравилось! Семь трупов с перерывом на зиму, да ещё шесть из них ритуальные!