Книга Шешель и шельма, страница 80 – Дарья Кузнецова

Когда почти сразу на этих мыслях отдернулась занавеска, отделявшая ванну от остальной комнаты, Чарген шарахнулась и вскрикнула совершенно инстинктивно, прижалась спиной к стене… и выругалась при виде смеющегося хозяина.

— Стеван! Чтоб тебе посереть, ты меня до полусмерти напугал! Как ты сюда попал?! Я же дверь закрыла…

— Там уже сто лет как задвижка выломана, — фыркнул он, забираясь к ней и задергивая занавеску обратно. — Зачем так орать?

Отстраниться от холодной плитки Чара не успела, а потом ее уже и не пустили — Стеван прижался всем телом, одной рукой опираясь о стену, а второй — крепко обхватив за талию. Контраст горячего тела и холодной стены оказался… волнующим.

— Не зачем, а почему! — возразила Чарген, охотно обнимая в ответ. Огладила обеими руками рельефную спину — сверху вниз, от плеч к поджарым бокам. — Потому что страшно. И до сих пор, между прочим, страшно! Вон как сердце колотится!

— Да? — коротко уточнил Шешель, слегка прикусил край ее уха, и Чара тихо ахнула от остроты ощущения. Немного оттолкнулся от стены, увлекая Чарген за собой, и ее окончательно окутало жаром — мужского тела и льющейся из душа воды. — Я чувствую, да…

— Интересно, что? Сердце не там, — захихикала Чарген, потому что прохладная после прикосновения к стене ладонь мужчины бережно сжала ее грудь.

— Какая неприятность.

Обмен глупостями Стеван прервал поцелуем, и Чара была только рада этому. Потянулась к нему в ответ, поцеловала — жадно, с упоением, пальцами исследуя тело, словно пыталась запомнить каждую деталь. Надеясь, что запомнит и он. Точно знала, что будет тосковать, и мечтала, что, может быть, он тоже забудет не сразу?..

Стеван словно уловил ее настроение и ответил на него тем же. Иначе не удавалось объяснить того исступления, с которым он ласкал — ладонями, губами, раз за разом доводил до пика удовольствия, почти не давая передышки. Ловил ртом стоны, словно пытался напиться ее наслаждением. Опять и опять набирал полные пригоршни золотистых волос, словно утопающий — ветви склонившегося к воде дерева. Брал ее тело сильно, почти грубо, и у Чары темнело перед глазами от мучительно-острой разрядки…

Часы пробили пять раз, когда Чарген, совершенно обессиленная, лежала в постели на груди следователя и рассеянно думала, что, пожалуй, в ее жизни такое случилось впервые. Когда вроде бы такая слабость, что нет сил даже попросить стакан воды, но при этом настолько хорошо, что… Да зачем ей этот стакан в самом деле! Стеван кончиками пальцев слегка поглаживал ее бок, и это было щекотно, но все равно — приятно, мимолетная нежность согревала.

— Пора, — тихо уронил Шешель и, аккуратно переложив ее на постель, принялся одеваться. Почему-то в прежнюю, грязную одежду.

— Что пора? — лениво пробормотала Чарген, по-прежнему даже не пытаясь пошевелиться, но с удовольствием наблюдая за быстрыми и точными движениями следователя.

Подумать, какой выносливый!

От этой мысли Чара, если бы могла, захихикала, но сил хватило только улыбнуться.

— Сдавать артефакт. Где-то через полчаса приедет специалист.

— Боги, что ж ему не спится-то! — простонала Чара. — Стей, а можешь сделать доброе дело?

— Смотря какое, — усмехнулся он. — Что именно?

— Можешь донести меня до ванной? Боюсь, не дойду.

— Понравилось, да, на моей шее ездить? — рассмеялся он, но опять разделся и все-таки сгреб ее в охапку. — Цепляйся. Ладно, признаю, ополоснуться — хорошая идея.