Книга Шешель и шельма, страница 130 – Дарья Кузнецова

— Почему? — последовал закономерный вопрос.

— Потому что не заслужил! — с удовольствием припечатала Чарген, ткнув его пальцем в грудь. Шальная радость добавила легкости и уверенности, Чара окончательно сбросила оцепенение. — На сделку твою я согласна, но при условии, что мне дадут учиться. А все остальное… Посмотрим на твое поведение! Я не собираюсь связывать жизнь с типом, которого знаю несколько дней, и за это время он успел обидеть меня так, как никто прежде!

— Но? — Шешель вопросительно выгнул брови.

— Но ты все-таки спас мне жизнь, и обстоятельства были сложными, так что я согласна дать тебе второй шанс. Начать все сначала, сделать вид, что всего этого не было. Будешь ухаживать за мной, как это делают нормальные люди. Так что отодвинься, ты ведешь себя неприлично, — резюмировала она, сильнее уперлась ладонями в грудь следователя.

Пару секунд тот, не шевелясь, с непонятным выражением разглядывал лицо Чарген. А потом, вместо того чтобы послушно отстраниться, рывком приподнял Чару и усадил на край стола, оказавшись между ее разведенных ног.

Чара ойкнула от неожиданности, попыталась увернуться от поцелуя в шею и оттолкнуть Стевана, но тот прижал ее крепче — одной рукой чуть выше лопаток, другой — чуть ниже поясницы. Упираться стало затруднительно.

— Пусти! — шикнула Чарген. — Прекрати сейчас же! Я не хочу!

Выпустить ее он не выпустил, но и начатого не продолжил — не тронул пуговицы платья, не попытался задрать подол еще выше, как будто вот такой близости было достаточно.

Пока достаточно. Потому что Чара прекрасно чувствовала, что хочется-то ему совсем иного. Да ей и самой… Хотелось.

— Предлагаю компромисс, — тихо выдохнул Шешель возле самого уха. Несколько легких, невесомых поцелуев заставили Чарген шумно вздохнуть. Потому что…

Да, вопрос был принципиальным, и, переступи следователь грань, на которой до сих пор умудрялся балансировать с изяществом канатоходца, она уперлась бы совсем — закричала, забилась, и вряд ли он после такого продолжил бы настаивать. Может, он и сволочь, но не до такой же степени! Но то, как он держался сейчас, как обнимал, оналял дыханием кожу… Тело помнило, и близость была приятна.

Чарген сама позволяла Стевану сократить дистанцию, пусть это и было неправильным. А тот наступал, не тратя время на сомнения. Игра. Волнующая, доставляющая удовольствие обоим.

— Компромисс? — спросила Чара, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Я не против… поухаживать за тобой.

Видя, что она перестала вырываться, Шешель слегка ослабил хватку. Ладони его скользнули ей на талию, потом уверенно легли на бедра, фиксируя. Стеван немного отстранился, чтобы заглянуть Чарген в лицо, и та опять положила ладони ему на грудь.

Вот только разглядеть в этом жесте попытку к сопротивлению не удалось бы при всем желании. Чара замерла под пристальным тяжелым взглядом словно бы потемневших глаз — наверное, просто так по-особенному падал свет. Сил сбросить вызванное этим взглядом оцепенение не нашлось, не говоря уже о том, чтобы унять бешено, заполошно стучащее сердце.

— Но? — все-таки сумела выдохнуть Чара.

— Но забывать все я не хочу, — тихо уронил Шешель. И столько обещания прозвучало в его тоне, что перехватило дыхание, и новый вдох дался Чарген с большим трудом. — Да и если бы хотел — не смог, — продолжил Стеван.