Книга Функции памяти, страница 118 – Дарья Кузнецова

Впрочем, никто же не мешает попытаться?

— Нет, с папой я поговорю сама, — твёрдо заявила наконец и выпрямилась. — Но будет здорово, если ты окажешь моральную поддержку. Постоишь рядом, подержишь за руку. Папа хороший, понимающий, но… он всё-таки папа. И я даже представить боюсь, чем может закончиться ваша беседа с глазу на глаз. То есть ты замечательный, он тоже разумный, но с учётом обстоятельств… лучше не рисковать. Ай, во Тьму! Не хочу обо всём этом думать, вообще думать не хочу! Поцелуй меня, а?

Нидар чуть заметно улыбнулся — мне показалось, с сочувствием — и склонился к моим губам. И через десяток секунд все сложности… Нет, не решились, но заметно потускнели и отодвинулись на второй план.

Да, проблемы есть. Да, жизнь моя резко изменилась. Но ведь не во всём — к худшему! И мне совсем не обязательно переживать это в одиночестве, есть на кого опереться. Есть тот, кто готов поддержать, помочь, защитить. И проявляет удивительное, редкое понимание, не пытаясь переделать меня еще больше.

Надо просто немного привыкнуть. Постараться не думать о плохом и не гадать, что было бы, если…

А не думать, когда вот так целуют, проще всего.

Нир сел на ящик, я с удовольствием устроилась верхом на его коленях, и на какое-то время мы потерялись для мира, увлечённые поцелуем и друг другом. Хотелось даже увлечься совсем, наплевав на возможных свидетелей в лице прочих харров, которые точно были где-то неподалёку, и сделав вид, что мы одни в целом мире. Очень хотелось, потому что, ощутив ладони мужчины на своей коже, вцепившись в его плечи, я вдруг поняла, что успела за всеми этими переживаниями соскучиться.

И, что особенно приятно, не было в этом стремлении ничего постороннего и чрезмерного, какое лишало воли в прошлый раз. Потому что харр всё же сумел ограничиться поцелуем, не заходя дальше, а я — не стала настаивать.

Но всё равно потом мужчина несколько минут крепко и молча сжимал меня в объятьях, кажется просто не имея сил или желания шевелиться.

— Нир, а твоим товарищам обязательно тут находиться? — нарушила я уютное молчание.

— Сейчас уже вряд ли. А что? Они тебе не нравятся?

— Ну тот, который Озри, вроде неплохой. А тот, который Крэт, по — моему, не нравится тебе, разве нет?

— Он хороший шрет, — уклончиво отозвался рыжий.

— Но?

— Но он хороший шрет, — повторил мужчина с улыбкой. — Наши разногласия мелки и не имеют значения.

— Я окончательно заинтригована. Что вы с ним не поделили? И когда? Неужели женщину?

— Мара, не нужно…

— Конечно, женщину, — хохотнул Крэт, входя. Нир недовольно нахмурился, а его ладони крепче сжали мою талию.

Поза у нас, конечно, была неприличной и совсем не располагающей к светской болтовне, но шевелиться мне по-прежнему не хотелось. Ограничилась тем, что повернула голову к вошедшему, благо мы сидели к нему боком.

В конце концов, подслушивать тоже нехорошо, при входе нужно стучаться и вообще неприлично лезть в чужие личные разговоры.

— И кто у кого кого отбил? — заинтересовалась я.

— А ты как думаешь? — самодовольно ухмыльнулся здоровяк.

— Ну умная бы выбрала Нира. Как я, — ответила безмятежно.

Крэт почему-то радостно расхохотался, а Нидар тяжело вздохнул.

— Не слушай его. У нас не было никакого соперничества, просто…

— Просто моя младшая сестрица была от него без ума, а этот гордый мститель хвост при себе держал. Ну эта дурёха мне наплела глупостей всяких, мы с ним и подрались, — здоровяк кивнул на рыжего. — Потом-то разобрались, конечно, но отношения всё равно испортились.