Книга Во имя Долга, страница 8 – Дарья Кузнецова

Впрочем, работа работой, а про поддержание легенды забывать было нельзя. Так что, обсудив всё самое важное и насущное, мы с энтузиазмом перешли к приятному.

Всё-таки, очень разнообразная у нас работа. Какая ещё служба может не то что допускать, — требовать неуставных взаимоотношений с роскошной женщиной прямо в рабочее время, в рабочем кабинете и, будем откровенны, на рабочем столе!

Правда, одна такая профессия вспомнилась очень быстро, её ещё «древнейшей» часто называют. И почему-то подобная аналогия не добавила трудового энтузиазма.

Получив порцию низменного удовольствия, мы с Хэл спокойно помогли друг другу привести себя в порядок, в четыре руки навели чистоту на рабочей плоскости письменного стола и распрощались если не навсегда, то, по меньшей мере, очень надолго. Я присел в кресло, чтобы отдать последние распоряжения и пролистать напоследок кое-какие документы (дело окончено, и куда меня дальше переведут — чёрт его знает!), но работа не ладилась, а настроение вообще лежало на нулевой отметке.

Чёрные гоблины бы пожрали эту слишком умную блондинку с её теоретическими выкладками! Когда один из лучших агентов федеральной контрразведки ласково называет тебя беспринципной циничной сволочью, это повод задуматься над смыслом жизни и заняться переоценкой ценностей. Только, чёрт побери, некогда, потому что работать надо!

Ладно, перефразируя древнее изречение, будет отпуск — будут мысли.

Увесистым моральным пинком выгнав себя из кресла, я в очередной раз всё проверил и двинулся к выходу, на ходу поправляя китель. Из личных вещей у меня на станции была только болталка да наградной бластер в кобуре (личные вещи при нашей службе — непозволительная роскошь), из одежды — форма, которую всё равно предстояло при переводе поменять. В общем, всё своё ношу с собой, и к выходу готов в любой момент времени. Особый отдел, ничего не попишешь.

Таких, как мой, отделов было во ФРУ (федеральное разведывательное управление) несколько, но сколько именно — я не имел ни малейшего представления. Группа людей, связанных общим делом и единым руководством, которые видели друг друга пару раз в жизни. Мы кочуем по всему ФРУ и за его пределами с места на место, создавая себе удобную биографию, и пытаемся совмещать этот процесс сразу с несколькими основными и десятком второстепенных дел.

Объект операции «Свинцовый щит», носивший в миру имя Евгении Гороховой, встретил меня в приёмной в привычной роли секретаря хорошо знакомым непризяненно-недовольным взглядом.

Внешность у Гороховой была… удобной. Евгения принадлежала к типу женщин, которые при правильности черт и наличии неплохой фигуры могут казаться совершенно тусклыми, невнятными и не привлекать никакого внимания. Чем она старательно и занималась всё время нашего знакомства. Получалось, честно говоря, плохо.

Смешно сказать, я чувствовал определённую неловкость при общении с этим наивным созданием. Мне даже было почти стыдно, как будто я… ну, не знаю, объедал сироту, лишая последнего куска хлеба. Наверное, по этой причине я с ней и нянчился, и не позволял себе вольностей, и даже почти не издевался над бедолагой. Не знаю, как боролись с этим мои сотрудники, пасшие остальных зверушек. Но никто не жаловался, — значит, справлялись.