Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 41 – Дарья Кузнецова

— Да отпусти ты меня уже! — вновь трепыхнулась Халлела.

До сих пор восхищаться силой и статью шайтара было проще. Да и в прошлый визит его желание вести безоговорочно заводило, потому что в прошлый раз она и сама его хотела. А сейчас, когда Шахаб явился не вовремя, размеры и мощь его оказались палкой о двух концах, и привыкшая быть сильной Халлела вдруг ощутила себя очень тонкой, хрупкой и беззащитной. Но чувство это не пугало, а сердило.

— Шахаб! Я делом занималась!

Шайтар словно не слышал, но выпустил шею, ладонь сместилась ниже, накрыла грудь. Вторая тем временем осторожно прошлась по низу живота, вздрогнувшему от прикосновения, и медленно двинулась дальше, пользуясь предоставленной свободой.

Халлела опять непроизвольно и неуклюже дёрнулась, пытаясь прикрыться, — а потом глубоко вздохнула и заставила себя расслабиться. Это явно было проще и разумнее, чем продолжать дёргаться. И приятнее.

Ну вот что ему стоило прийти раньше, когда она ещё не так сосредоточилась и увлеклась?

Шайтар с удивительной точностью ощутил эту перемену настроения, когда раздражение уступило смирению, и через пару мгновений потянул с женщины одежду. Она уже не стала протестовать, высвободилась из складок сцара, откинулась на широкую грудь.

Некоторое время Халлела еще напряжённо прислушивалась к ощущениям и вздрагивала, когда пальцы мужчины касались особенно чувствительных точек. Казалось, что ещё немного — и ему надоест осторожничать, хотелось быть к этому готовой. Требовалось некоторое время, чтобы переключиться с рабочей сосредоточенности на телесные удовольствия, поэтому уже знакомой властной грубости и резкости не хотелось. Потерпела бы, ничего с ней не случилось, и даже в конце наверняка получила бы удовольствие, но…

Но огромный шайтар, оказывается, умел быть терпеливым, а его крупные пальцы, твёрдые от свежих мозолей, — осторожными и нежными.

Минута, другая — и напряжение окончательно ушло, вытесненное горячащим тело возбуждением. Стало не до тревог и сомнений, и все опасения и сомнения улетучились, изгнанные умелым любовником. Непривычное ощущение — полностью довериться чужим рукам, расслабиться. Наслаждаться неспешными ласками, чувствовать жар большого сильного тела, любоваться сочным контрастом свинцово-серого на молочно-кремовом с золотом, полированного камня на гладком шёлке — его руки так красиво смотрелись на её теле!

И Шахаб, кажется, наблюдал за тем же самым, зачарованно-неторопливый, неожиданно спокойный и сдержанный. Медленно и словно бы с ленцой он целовал её плечо, шею, ухо…

Первая волна удовольствия накатилась так же мягко, томно. Халлела, закусив губу, прерывисто вздохнула и вцепилась в широкие запястья, толкнулась бёдрами навстречу его ладони.

Мужчина на несколько мгновений замер, позволяя любовнице насладиться ощущением до последней капли, потом наклонился вперёд, вынуждая немного отодвинуться. Продолжая одной рукой удерживать её бёдра, второй попытался добраться до застёжки своих штанов. Тихо ругнулся — слова этого Повилика не поняла, но догадалась по смыслу и ещё подвинулась, для устойчивости уперевшись ладонями в его колени. Но разочарованного вздоха, когда он убрал и вторую руку, всё равно не сдержала.

Шахаб стащил свой сцар, расстегнул штаны. Снимать совсем не стал, но приподнялся, что бы спустить пониже, как будто не чувствуя при этом дополнительного веса. Опустился обратно, деловито подвинул женщину, как посчитал удобным, мягко надавил ей на поясницу, заставляя прогнуться.