Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 39 – Дарья Кузнецова

Маг на стройке был существом не обязательным, но очень полезным. Например, простыми и однообразными чарами укреплял и заставлял быстрее схватываться раствор: идеальная тренировка в его случае. Магия здорово повышала надёжность стен, превращая их фактически в монолит, способный выдержать сильное землетрясение. На школе решили не экономить.

Руководил бригадой совсем старый, седой и уже почти лысый шайтар, который и в расцвете-то лет не блистал силой дара и брал умением. Получив в распоряжение Шахаба с его возможностями, старик Нангалай пришёл в неописуемый восторг и тут же заявил, что учить пополнение будет сразу на стене и сразу всему.

Младший шайтар охотно перенимал знания и выкладывался от души, искренне стараясь, чем заслужил высокую оценку и симпатию. Однако одновременно с этим он понимал, что вряд ли сможет заниматься подобным постоянно и долгие годы, но бросать работу на полпути не привык и собирался довести до конца, тем более с магией дело спорилось.

Первые пару дней после начала работы Шахаб старался соблюдать приличия и являться во дворец переодетым и после душа. Работа мага не из грязных, но он никогда не отказывался помочь и там, где кстати была его физическая сила, так что вид становился совсем не парадный. Сбежать раньше не позволяло чувство долга, опаздывать на ужин не хотелось, но обойтись без этого не получалось. Выяснив причину, мать только отмахнулась и заявила, что это семейный ужин, и для неё главное — видеть его, а в остальном хватило просто смены одежды.

Нельзя сказать, что он чувствовал себя таким уж грязным и сильно страдал, но за несколько дней успел распробовать это маленькое и много лет недоступное удовольствие: возможность вымыться тогда, когда хочется. В горах было не до этого, в плену — тем более, а здесь его никто не гнал и не мешал предаваться маленьким радостям.

Сегодня эта радость еще и позволила потянуть время и подумать. Конечно, о главной проблеме, сидевшей сейчас на нижнем этаже, а других у него сейчас как будто и не осталось.

От Халлелы Шахаб старался держаться подальше, но ни это, ни работа от рассвета до заката не помогали выкинуть её из головы, так что своим напоминанием брат ничего не разбередил, просто в очередной раз напомнил.

Две вещи он понимал совершенно точно. Несмотря на часто посещающее его желание свернуть заразе шею, смерти он ей не желал. И несмотря на то, что старался держаться от неё подальше, не мог отпустить. А третью заставил принять сейчас Шад: это подвешенное состояние не может длиться вечно. Хорошо, что старший не любит лезть в душу и принял его отказ продолжать разговор, не стал настаивать на объяснениях. А если вся эта история дойдёт до матери? Как объясняться с ней? Что сказать? Правду? Дайте Предки её сформулировать! И выжить после оглашения. Впрочем, нет, сыну-то она вряд ли сделает что-то плохое, а вот выживет ли Холера — большой вопрос.

Как и следовало ожидать, несколько минут под тёплыми водяными струями не помогли придумать выход из положения. Единственная дельная мысль, которая пришла в голову, сводилась к необходимости поговорить. Хотя бы попытаться. Хотя бы начать! Зная Холеру, он не сомневался, что она парой фраз выведет его из себя, но попробовать стоило. Например, спросить, зачем она всё это делала там, в лаборатории…