Книга Восточная прогулка, страница 74 – Марина Серова

Я вырулила на трассу, включила дальний свет. Полоса асфальта убегала в черноту, разрезая поля, уходя в никуда. Но теперь у нас было направление. Не бегства, а движения к цели.

— Хватит быть дичью, — сказала я больше себе, чем ему. — Пора строить ловушку.

Идея родилась не внезапной вспышкой, а тихим, холодным, абсолютным осознанием. Мы не можем победить его в игре, где он задает правила, контролирует поле, знает все наши ходы. Значит, нужно поменять игру. Взорвать доску. Не убегать от охотника, а заманить его туда, где все его преимущества обратились бы в пыль. Где каждый угол, каждый луч света, каждый звук, каждый шаг будут нашими союзниками. Где он перестанет быть невидимой всезнающей угрозой и станет просто человеком, зашедшим в тупик. Целью.

— Нам нужно место, где мы будем диктовать условия, — продолжила я, вслух обдумывая план, прощупывая его логику. — Место, которое станет его концом. Заброшенное. Изолированное. Сложное для стрельбы на дальние дистанции, чтобы он вынужден был подойти близко. С множеством укрытий, тупиков, уровней, звуковых ловушек. Но такое, куда он придет. Добровольно. Потому что будет уверен, что это его выбор, его победа.

Я уже начала перебирать в уме карту местности, которую изучала еще в Тарасове, а потом и окрестностей Владикавказа. Промзоны на северо-западе, за Тереком. Заброшенные склады бывшего хладокомбината. Старые заводские корпуса кожевенного завода, оставшиеся с советских времен. Нужен был объект с историей, с бетонными лабиринтами, с возможностью контролировать все подходы, с одной-единственной очевидной точкой входа, которая на самом деле будет ловушкой. С местом, где можно устроить засаду, откуда можно контролировать пространство, где звук будет искажаться, а свет — преломляться. Место, которое я смогу изучить заранее до его прихода, пока он еще идет по нарисованному нами следу.

Машина набирала скорость. В темноте за окном мелькали редкие огни одиноких ферм, силуэты спящих деревень. Артем повернул ко мне голову. В свете приборной панели его лицо казалось вырезанным из темного полированного дерева — жесткие тени под скулами, плотно сжатые губы, глубоко посаженные глаза, в которых теперь горел не огонь, а холодное отражение приборных огней.

— Какая ловушка?

В голосе не было ни надежды, ни страха, ни сомнений. Было только ожидание приказа, готовность исполнить. Он стал солдатом. Моим солдатом. И это было именно то, что нам было нужно.

— Такая, которую он сам выберет, — ответила я и почувствовала, как в груди, под ребрами, загорается знакомое холодное ясное пламя азарта. Охотничьего азарта. — Потому что мы дадим ему то, что он хочет. Тебя. Живую, пахнущую кровью приманку. А взамен возьмем все, что у него есть: его уверенность, его планы, его жизнь.

Колеса мягко шуршали по асфальту, унося нас в ночь, на восток, прочь от города. От пассивного унизительного бегства не осталось и следа. Теперь мы двигались с целью. Щит в моих руках начал превращаться в меч. И первым точным ударом этого меча будет выбор поля боя. Места, где я смогу превратиться из защитницы в убийцу. Из жертвы — в судью и палача. Места, которое станет для Сергея Ковальчука последним кадром в его безупречном кровавом списке достижений.

Я уже видела его в голове. Заброшенный холодильный склад на окраине промзоны. Бетонный бункер с толстыми стенами, глушащими звук. Лабиринт отсеков и коридоров. Полная темнота. И один-единственный вход, как пасть. Да, это могло сработать. Нужно было только добраться туда первыми и подготовить сюрприз. Большой холодный последний сюрприз.