Книга Кукольный лес, страница 26 – Саския Калден

— Почему ты так говоришь?

— Потому что не бывает кукол, которые умеют говорить.

Я наблюдала за ее лицом, с которого постепенно исчезла улыбка. Клара выглядела так, словно у нее отняли все игрушки. Она была на грани того, чтобы расплакаться. Во мне зашевелились ростки торжества, чувства власти. То, что могла она, могу сделать и я.

Девочка обиженно нахмурила брови.

— То, что ты говоришь, неправда! Ты тоже кукла и умеешь говорить.

Я понимаю, что дети до определенного возраста не могут отличить реальность от вымысла. Я до сих пор помню плюшевого медвежонка, которого мама принесла мне после встречи с подругой Гиттой в городе. Его звали Брумбрум, и он был для меня всем, пока не потерялся во время прогулки. Я неделями твердила родителям, что мы обязаны его найти, потому что была уверена, что Брумбрум скучает по мне так же сильно, как и я по нему, и наверняка ищет меня повсюду. Но в конце концов я поняла, что не стоит верить во все свои фантазии. В детском саду надо мной смеялись, когда я утверждала, что видела рождественского ангела. А в школе для фантазий тем более не было места.

Но я сомневалась, что Кларе доведется пережить подобное и она поймет это на своем опыте. У нее не было друзей, и она не ходила в детский сад. Девочка росла в изолированном мире, где не было ничего, кроме ее фантазий.

— Открою тебе секрет. – Я заглянула в ее большие голубые глаза. – То, что ты видишь по телевизору, не настоящее. Аманды не существует. И я тоже не кукла, я такой же человек, как ты и…

— Ты врешь!

— Твой отец просто притворяется, что все это по-настоящему. Он хочет, чтобы ты в это поверила, потому что…

— Ты врешь!

Я закатила глаза.

— Да послушай же. Если я скажу тебе, что вон в том углу притаился слон, мы можем спрятаться от него и делать вид, будто он сейчас на нас нападет. Но это не значит, что он действительно существует. Мы можем представлять себе вещи, но это не значит, что это правда.

Клара с тревогой посмотрела в угол комнаты, потом снова на меня.

— Ты все время врешь! Там нет никакого слона.

— А в телевизоре нет никакой куклы. Да пойми же наконец!

Она с подозрением смотрела на меня.

— Я не та, за кого ты меня принимаешь! – закричала я.

— Ты злая кукла! Я сейчас же пойду к папе и скажу, что хочу новую.

Клара вскочила, ее обычно бледное лицо стало пунцовым.

Когда она бросилась к двери, я осознала, что натворила. Я должна была остановить девочку, чтобы она не наябедничала отцу. Именно он в конечном счете держал всю власть в своих руках, потому что его дочь значила для него все. Потому что он любой ценой защищал ее больной мир фантазий. И он будет наказывать меня, пока я не подчинюсь, пока не признаю, что я ее кукла. Потому что это было то, чего хотела его дочь.

— Клара! – крикнула я и побежала за ней. – Подожди. Прости меня.

Ее волосы разлетелись, когда она повернулась ко мне, а взгляд был полон ненависти.

— Ты злая кукла! Мне нравятся только добрые куклы.

Девочка развернулась и зашагала прочь. Я настигла ее у лестницы, одернула и развернула к себе. Ее тонкие ручки лежали в моих ладонях, словно две хрупкие палочки.

Она дергалась и ворчала:

— Отпусти меня!

— Ты права. Я кукла.

Она перестала вырываться и зло сверкнула на меня глазами.

— Тогда зачем ты мне врешь?