Онлайн книга «Изощрённые убийства. Щель»
|
— Сидишь и ерзаешь, как девчонка, которую никто не приглашает на танец, — усмехнулся Ларс, доставая из кармана куртки какой-то прибор и включая его. — Да-да, ты уже близко познакомился с этой штучкой сегодня, и скоро испытаешь ее действие в последний раз. А дальше снотворное, которым я накачал тебя, пока ты спал, сделает всю остальную работу. Мы ведь не монстры какие-то, верно? «Нет, ты именно монстр», — с горечью подумал Франсуа, чувствуя, как в нем закипает ярость — такая же, какую он испытал в школе, когда его впервые обозвали педиком. Тот одноклассник, к слову, больше никогда в жизни его так не называл. — Вынужден огорчить тебя, Франсуа, но сегодня ты покончишь с собой. Как только ты начнешь засыпать, я сниму путы, и полиция найдет тебя тихо и мирно почившим в твоем любимом кресле под этим старым жужжащим сушуаром. — Он протянул руку к куполу, подставляя ладонь под струю теплого воздуха. — Идеальная картина. Он ухмыльнулся: — Ты, наверное, думаешь, что люди удивятся твоему самоубийству? Ошибаешься, Франсуа. Никто не удивится, когда наружу выплывет вся правда о тебе. Ведь ты, оказывается, хладнокровный убийца! Кто бы мог подумать, а? Такой элегантный стилист — и вдруг наемный киллер, устраняющий супругов своих богатых клиенток ради наживы. Какая бизнес-модель! Да, ты изрядно разбогател на этом деле. Но потом тебя замучила совесть. Ты просто не смог с этим жить. По-моему, отличный мотив для самоубийства. И как же это удобно для меня: и концы в воду, и главная угроза устранена за один раз. А твои клиентки уж точно будут держать язык за зубами — кому охота за решетку? Франсуа на мгновение перестал тереть ботинки, пытаясь порвать истонченные петли для шнурков. Неужели это тот самый человек, с которым они столько раз шутили и смеялись? Человек, которого он превратил из гадкого утенка в прекрасного лебедя. И ради чего? Лебедем тот стал лишь снаружи, оставшись внутри всё тем же уродливым, гадким утенком. Франсуа снова принялся аккуратно и незаметно тереть ботинки друг о друга, стараясь не привлекать внимания Мишеля. Его мозг лихорадочно пытался понять, как именно Мишель собирается состряпать эту ложь, но думать мешало снотворное, которое уже вовсю давало о себе знать. «Давай же, рвись, чертова кожа!» — умолял он мысленно, не сводя глаз с шокера. Мишель склонился к нему: — Ты выглядишь очень уставшим, Франсуа. Вижу, таблеточки действуют. Что ж, засыпая вечным сном, ты можешь поразмышлять о том, как ловко я докажу твою вину. Видишь ли, я уже... Посреди этой фразы Франсуа почувствовал, что кожа на ботинке наконец лопнула. Резким, отчаянным движением он высвободил ногу и правой ступней нажал на педаль под сиденьем, откидывающую спинку кресла. Падая назад, он изо всей силы пнул Мишеля в подбородок. Раздался хруст зубов, и мужчина с диким воплем полетел навзничь. * Кроме резкого стука, с которым голова Мишеля ударилась об пол, снизу не донеслось ни звука. Франсуа прислушивался и одновременно изо всех сил тянул за рукава. Наконец они вытянулись настолько, что он смог высвободить одну руку. Затем он просунул руку под ворот и дотянулся до ремня на животе. Стоило расстегнуть пряжку, как он без труда высвободил вторую руку и распутал рукава. Наконец-то он развязал шелковый шарф Стуре. Выплюнув кляп, он уставился на неподвижно лежащее на полу тело. Из-за действия таблеток у Франсуа двоилось в глазах. Нужно было срочно бежать, пока Мишель не пришел в себя, ведь в таком состоянии он не сможет оказать никакого сопротивления. Главное — забрать шокер. |