Книга Ещё не совсем мертва, страница 99 – Холли Джексон

Билли с силой нажал на крышку и провернул её. В тишине ванной, облицованной плиткой, раздался отчетливый щелчок.

— Давай сюда.

Джет расчистила место на туалетном столике матери из темного дуба, отодвинув в сторону флаконы с духами и кисти для макияжа.

Билли подошел к ней, наклонил пузырек, и желтые капсулы посыпались наружу. Их оказалось гораздо больше, чем в пузырьке Джет — почти полная упаковка. Должно быть, папа забрал свой рецепт где-то на прошлой неделе.

Джет осторожно подцепила одну капсулу двумя пальцами и поднесла к глазу. На оболочке, в месте стыка двух половинок, виднелась небольшая вмятина. Две белые полоски на желтом фоне не совсем совпадали, когда она вращала таблетку между большим и указательным пальцами.

— Черт.

Билли изучал другую капсулу и заметил то же самое.

— Они не такие, как твои. Они выглядят...

— Вскрытыми, — подтвердила Джет, подбирая еще несколько штук, чтобы убедиться наверняка. — Вскрой одну, Билли.

Он уже вовсю занимался этим. Раскрутить капсулу в этот раз оказалось легче, будто это уже делали раньше.

Билли высыпал содержимое. Белый порошок тонкой струйкой посыпался на темную деревянную поверхность. Текстура была совсем не такой, как у лекарства Джет: белые крупинки казались чуть крупнее и сильнее блестели, напоминая крошечные кристаллы.

— Выглядит иначе, — заметил Билли, откладывая пустую оболочку в сторону.

— Это и есть нечто иное.

Джет макнула палец в порошок.

— Проверка на вкус может ничего не дать.

Билли внимательно следил, как палец Джет приближается к её губам.

— Если она заменила одно лекарство другим, как ты это поймешь?

Джет высунула кончик языка и прижала его к порошку.

Масса мгновенно пропиталась влагой и исчезла во рту. Вкус был резким и горьким^[58].

Джет закашлялась.

— Я точно знаю, что это такое. Это соль. — Она встретилась взглядом с Билли. — Обычная поваренная соль. Попробуй.

Билли взял щепотку, отправил в рот и проглотил.

— Ага. Определенно соль.

Он даже зажмурился, будто вкус обжег ему глаза.

— Соль, — ахнула Джет.

Вкус оседал на языке, а в голове уже всплывали последствия.

— Что такое?

— Это же самое худшее, что можно дать человеку с ПКП^[59].

— Вскрой еще несколько, проверь их, — потребовала она.

Билли подчинился.

— Соль. Опять соль. И здесь тоже. Джет, они все из соли.

У неё всё внутри перевернулось. По спине пробежал холодок, а волоски на руках встали дыбом.

— Нам положена диета с низким содержанием натрия. — Джет оперлась о стену, рука скользнула по холодному кафелю. — Нельзя даже нормальный, блядь, сыр. Соль повышает давление. И если папа месяцами принимал не «Лотрел», а гору соли... о боже.

Она сделала глубокий вдох. Голос Джет ожесточился; она выходила из состояния шока, и на смену ему приходила ярость.

— Ты же его видел. Вот почему ему стало так ху-ху-ху... так плохо в этом году. Почки начинают отказывать, врачи уже поговаривают о трансплантации или диализе.

Она пристально посмотрела на Билли.

— Потому что София его травила. Она его убивала.

— Блядь. — Билли прошипел это слово, засунув ладони под мышки. — Блядь.

Других слов просто не нашлось.

— Блядь. — Джет эхом повторила ругательство, с силой пнув ножку туалетного столика. Желтые капсулы подпрыгнули и покатились по полу. — Похоже, в этом гребаном доме замышлялось не одно убийство. И если София готова прикончить одного родственника, то...