Книга Невеста кромешника, страница 19 – Лана Ежова

А ведь я считала его умным и благородным…

— Призываю богиню Мать засвидетельствовать: я чиста, как в первый день своего рождения!

Жрец испуганно покосился на герцога, но взмахнул рукой, выводя в воздухе ритуальный знак призыва.

Не всем богиня отвечает, я и не надеюсь…

Тонко вскрикнул Пэйтон, прижимая ладонь к щеке.

Дернулся Горейский и потер скулу.

— Это что? Что?.. – взвыла тетушка Цисса, вцепляясь в рукав модного камзола своего сына. – Что с лицом моего мальчика?!

На щеках Пэйтона и Горейского красным пылали метки клятвопреступников, порочащих женскую честь.

Ох, я и не надеялась на зримое подтверждение своих слов… Я просто поклялась, не ожидая, что будет ответка тем, кто меня оболгал. Одного не пойму: герцог преследовал свою выгоду, а зачем врал кузен?

— Уберите гадость с моего мальчика! – истерично взвыла тетушка, вцепляясь в руку жреца.

— Я? Я не могу! – Пышнотелый жрец попятился, неловко путаясь в длинном синем балахоне.

— Снимите это немедленно! – Тетушка Цисса едва ли не с кулаками бросилась на косвенного виновника их с сыном беды.

Повод для отчаяния у нее есть: на мужчину с клеймом богини не посмотрит ни одна достойная девушка.

Отец оторвал тетку от испуганного жреца:

— Оставь его в покое, Цисса! Он не врет, наказание снимает только богиня.

Герцог не ругался. И больше не тер щеку, как испуганный Пэйтон.

Криво улыбаясь, он медленно шел ко мне.

Его метка казалась свежим шрамом. Наверное, болит. Я бы пожалела Горейского, да только бессердечной клеветой он мог запятнать не одну меня, а и моих младших сестер.

Герцог в полной тишине протянул руку и коснулся тыльной стороной ладони моей щеки. Я даже не вздрогнула.

Глядя в глаза, он тихо произнес:

— Выиграла битву, моя девочка? Наслаждайся. Главная награда в этой войне все равно достанется мне.

Рука герцога скользнула по моей скуле. Ласково, осторожно.

— Тебе идет черное, Кайра.

Выдав неожиданный комплимент, он покинул трактир, гордый и невозмутимый.

Строит из себя мученика неразделенной любви… Верит, что пожалею? Ни за что! Его любовь эгоистична и жестока.

— Кайра! Убери клеймо с лица моего сына! – Оставив потрепанного жреца, тетка неслась на меня разъяренным кабаном.

Я не шелохнулась, лишь скрестила руки на груди.

Хм, простыня, в которую я куталась, стала черного цвета и обрела очертания платья. Неожиданно… Лорд Архан постарался с помощью силы Кромешной?

— Кайра! Ты оглохла? – Тетка опасливо остановилась в трех шагах от меня.

Значит, не в таком уж она шоке, как пытается показать. За грудки не трясет – помнит, что я не безобидный жрец, могу и умертвие отправить согреть ночью постель.

— Я не в силах убрать то, что не ставила. Просите богиню, тетя Цисса.

Даже в такой ситуации тетка поморщилась, как и всегда, когда я называла ее не просто по имени, а указывая степень нашего родства и возрастной разницы. Она предпочитала обращение леди Кери, да только оно предполагает зеркальный ответ. А ей так нравилось мне тыкать и называть по имени…

— Не можешь убрать? А кто сможет? Неужели мой мальчик обречен? – Закатив глаза, тетка трагично опустилась на пол.

Потеряла сознание якобы. Жаль, нельзя полить ее холодной водичкой…

— Мама! – Забыв о щеке, испуганный Пэйтон бросился к родительнице.

— Цисса, опять?

Вздохнув, отец поспешил к своей припадочной невестке, талантливой актрисе, когда того требовала ситуация. Юным дебютанткам стоит поучиться у нее, как правильно падать, чтобы не наставить себе синяков.