Книга Великая Библиотека, страница 59 – Анастасия Шелест

Откинувшись на спинку кожаного кресла, я запрокидываю голову, прикрывая глаза. Потираю пальцами переносицу. Что мне еще сделать, чтобы она появилась? Просить? Угрожать? Умолять?

Делать ничего не приходится. Едва ощутимый ветерок проносится по кабинету. Когда я распахиваю глаза и распрямляюсь, взгляд напарывается на грациозную фигуру прямо передо мной.

Минеда сидит на стуле напротив стола, закинув ногу на ногу, и смотрит на меня, не моргая. В темно-синих радужках сквозит пустота.

Я проглатываю вежливое приветствие. Похоже, богиня все же освоилась в нашем мире. Не знаю, где она проводит время и чем занимается, но хотя бы сменила свое одеяние на роскошный, черный брючный костюм. Правда, пиджак надела на голое тело, но этим не только богини грешат.

— Что-то случилось у моей дорогой спасительницы? Или просто соскучилась? – Ее бархатный голос обволакивает меня.

Минеда улыбается, но так холодно и натянуто, что я бы не стала считать это хорошим знаком.

Поборов секундное желание встать и уйти, я складываю перед собой руки, переплетая пальцы, и стараюсь говорить уверенно:

— Есть дело. Того, что ты дала нам, недостаточно.

Стоило лучше подготовиться к встрече. Почему я не придумала, что говорить? Сама виновата. Теперь приходится мириться с липким стыдом.

Колкий смех обрушивается на меня острыми градинами. Минеда запрокидывает голову, и ее высокий пучок угрожающе вздрагивает. Сквозь смех прорывается глубокий голос:

— О, эта бесконечная человеческая жадность. Вы, люди, такие предсказуемые. – Минеда резко распрямляется и впивается в меня смеющимся взглядом. – И чего же конкретно ты хочешь, моя дорогая Теодора?

Я бы предпочла никогда больше не слышать, как она произносит мое имя. От тянущихся низких звуков сводит желудок.

Я растерянно моргаю. Ее предсказуемый вопрос выбивает из колеи. Чего я хочу? А действительно, чего?

Сглотнув неожиданный ступор, я выпаливаю то, что слышала не меньше сотни раз:

— Увеличь силы. Добавь способности.

Нельзя требовать чего-то конкретного, когда понятия не имеешь, что тебе могут дать. Мне кажется, Марку не так важно, какие именно способности получать. Он найдет применение любым. Лишь бы большинству они оставались недоступны. Исключительность воздействует на остальных безотказно.

Улыбка растягивает ярко-красные губы Минеды. Жуткая и пугающая, она заставляет меня стиснуть кулаки под столом, а синие глаза сужаются, чиркнув острым лезвием по моему лицу. Минеда наклоняет голову и, передернув плечами, спокойно заявляет:

— Нет. Этого хочет твой любимый лидер. Я спросила, чего хочешь ты.

Что за дурацкие игры? Какое-то очередное испытание? Да когда они уже закончатся? Я устала отбиваться.

Вскинув подбородок, я заталкиваю на задворки сознания мелькнувшие сомнения и четко проговариваю:

— Я хочу того же, чего и он.

Хохот заполняет кабинет, обрушиваясь острыми осколками. Каждый звук ударяет в подрагивающий барьер терпения, и у меня кривятся губы, несмотря на все попытки контролировать мимику. Хочется зажать уши и уткнуться лбом в деревянную столешницу. Ничего больше не видеть. Ничего не слышать.

Смех замолкает, и тишина дарит мне облегчение. Но лишь на секунду.

Минеда распрямляется, наклоняя голову к плечу. В ледяных синих радужках прыгают смеющиеся огоньки, и мне становится не по себе от пристального взгляда. Минеда облизывает губы и, театрально вздохнув, заявляет: