Книга Великая Библиотека, страница 172 – Анастасия Шелест

Рука дрогнула, позволяя лезвию косы стать еще немного ближе. Эрик выдохнул, из последних сил напрягая окаменевшие мышцы. Еще одно воспоминание. Прокручивание в голове моментов вчерашнего вечера значительно облегчало принятие собственной смерти.

— Эй, дамочка! – резкий насмешливый голос разрушил воспоминание и ворвался в сознание, заставляя распахнуть глаза.

Полудница вздрогнула, но не ослабила давление, зато обернулась. В ее лицо брызнула прозрачная жидкость, а через мгновение оглушительный скрежещущий визг затопил все пространство вокруг. Уши заложило.

Эрик подавил желание зажмуриться, наблюдая, как белое пятно растворяется в воздухе. Давление исчезло, и острие кинжала дернулось вверх, но прорезало пустоту.

Воздух втянулся в легкие, компенсируя нехватку кислорода. Эрик вскинул руку, утирая со лба пот и кровь, и приподнялся на локтях. Открывшаяся картина заставила застыть и слепо уставиться на книгоходца, который безразлично перекидывал из одной руки в другую пустой бутылек из-под святой воды.

Он спятил. Определенно. Сошел с ума и видит невозможное.

— Во имя муз, только не надо этих взглядов, – Марк театрально вздохнул и откинул со лба волосы, наклоняя голову. – Я бы с радостью понаблюдал, как полудница вспорет тебе горло и вытащит внутренности, но есть нюанс. – Он поморщился и, выдержав интригующую паузу, добавил: – Птичка расстроится. Будет плакать и страдать, а я не хочу видеть ее слезы.

У Эрика дернулась бровь. Он встал, игнорируя пульсирующие тяжестью и болью мышцы, и отряхнулся, хмуро предполагая:

— Ты, должно быть, не подумал об этом, когда решил отдать своему отцу ее брата.

Сложно сказать, действительно ли Марк лгал. Как бы Эрик ни хотел обвинить его во всем, в чем только можно, в одном он был уверен точно – Марк действительно готов позаботиться о Теодоре. Просто понимание заботы у него своеобразное.

Все это, конечно, не отменяло того, что Марк полный ублюдок.

Словно подтверждая скользнувшие в голове Эрика неприятные мысли, Марк поморщился и протянул:

— Знаешь, кому-то приходится выбирать неизбежное зло и жертвовать другими. Полагаю, ты бы пытался спасти всех и в итоге всех потерял. Я же выбрал ее жизнь.

Эрик стиснул челюсти. Спокойствие в голосе Марка раздражало сильнее обычного. Почему вообще они разговаривают? К чему диалоги, когда хочется хорошенько врезать?

Сдерживаться становилось сложнее, но Эрик скрестил руки на груди и, отбросив эмоции, холодно произнес:

— И все равно облажался.

Нельзя прикрываться благими намерениями, когда Тее все равно пришлось нырнуть в идиотскую книгу, столкнуться с чокнутой богиней и получить кинжал в живот. Марку придется признать, что он выбрал неверную тактику.

Зачем вообще Эрику что-то доказывать?

Признавать ошибки Марк не собирался. Он закатил глаза и насмешливо фыркнул:

— Говорит человек, который бросился на полудницу без святой воды. Специалист по утечкам, который не знает, что делать. Академия обречена, если ты один из лучших.

Удобно. Зачем признавать свои ошибки, если можно указывать на чужие?

Эрик раздраженно поморщился. А что ему оставалось делать? Он привык действовать по плану и предусматривать все возможное, но иногда реальность выдвигает свои условия. У него не было ни единого шанса избежать драки.