Книга Коннемара, страница 183 – Николя Матье

— Я должен сыграть.

Мадани продолжал наблюдать за перемещением своих игроков, держа в руках доску.

— Прошу тебя, – настаивал Кристоф.

На этот раз тренер встретился с ним взглядом и, поразмыслив пару секунд, ободряюще кивнул.

— Заменишь Кевина.

— Окей. Спасибо!

Кристоф вышел на поле в составе следующей пятерки. До конца матча оставалось восемь минут. Обычно пятерки менялись каждые сорок пять секунд. В команде их было четыре, трое то и дело выходили на лед. Так что Кристоф мог рассчитывать на две минуты игры до того, как раздастся финальный свисток. К счастью, хоккеисты противника не владели шайбой от слова совсем.

И впрямь, в первом же выходе Кристоф занял боевую позицию и дважды сделал бросок по воротам – но безуспешно. Конец матча проходил в странной, замедленной манере, игроки были почти без сил и двигались, словно во сне. Болельщики на трибунах, особенно в фан-секторе, по-прежнему бесновались, причем Марко давал всем фору – барабанил и орал так, что, казалось, его удар хватит.

Кристоф вернулся на скамью, где его ободряюще похлопал по плечу тренер, и просто рухнул. Сорок пять секунд на льду – и он был выжат как лимон, взмок с головы до пят. Пока он следил за игрой, по его лицу градом катился пот, а при резком движении с ресниц падали крупные капли. Проведя языком по губам, он почувствовал приятный солоноватый вкус собственного пота.

Вот так. Он начал заниматься этим делом тридцать лет назад, а теперь до финала остается сорок пять секунд. Легкие наполнялись и сдувались с дикой скоростью. Пытаясь успокоиться, он закрыл глаза и обеими руками ухватился за клюшку. Демаре посмотрел на него и заметил, как губы товарища шевелятся, он что-то неслышно бормочет. Он ткнул в бок соседа. Остальные игроки тоже стали свидетелями замершего мгновенья: красивое лицо, блестящее от пота, беззвучные слова, обращенные к небу, драматично сведенные вместе брови, весь облик, говорящий: «Еще разок, молю…»

Снова выйдя на лед. Кристоф почувствовал, что ноги у него ватные, силы на исходе. К счастью, «Титаны» тоже были вымотаны. И оборонялись теперь с максимальным упорством, яростно, чуть ли не с гневом. Кристоф пытался компенсировать физическую слабость, занимая выгодные позиции. Вот шайба скользнула мимо него вдоль борта, и он хотел повести ее несколько метров, чтобы отдать пас, но не хватило времени. Невесть откуда взявшийся защитник противника на полной скорости пошел с ним в лобовую, так что Кристоф влетел в стекло борта. Удар был мощный, как у носорога, и публика в едином порыве выдала возмущенное «у-у-у-у!». Кристоф какое-то время не двигался, стоя одним коленом на льду, пытаясь отдышаться. Потом, опираясь на клюшку, поднялся. До конца каких-то двадцать секунд. Он оттолкнулся коньками. Камель Крим как раз ударил по воротам. Но вратарь отразил бросок, а защитник Кольмара отбросил шайбу в другой конец. Повезло, что Демаре был начеку, он перехватил шайбу и тут же вернул ее в игру. Кристоф выехал из-за ворот. Он совершил точный рывок, и плавная траектория его скольжения пересеклась с идеальной прямой полета шайбы. Ему осталось лишь направить ее в цель одним грациозным и точным, почти незаметным движением. Гол!

Трибуны взорвались ревом с вкраплениями гудящих вувузел, а диктор в последний раз объявил имя Кристофа Маршаля и его номер – двадцатый. Форвард совершил круговой объезд, приветствуя болельщиков, держа клюшку над головой. Подкатившись к части, где сидел его сын, он увидел, что у мальчика какое-то странное выражение лица. Выяснилось, Грег только что разбудил его, чтобы тот увидел триумф отца. Казалось, малыш сейчас разрыдается.