Книга Искра. Эмерсон и Себастьян, страница 3 – Ребекка Яррос

— Ты сама этого добилась, Эмерсон, – отмахнулся тот. – И сыграла важную роль в том, чтобы поставить Легаси на ноги. Когда-нибудь ты станешь прекрасным мэром.

Думать об этом мне не хотелось.

— Начало в девять, – сказала я, чтобы сменить тему.

Любой на моем месте мог попасть на эту стажировку, ведь нас считали городом-чудом, фениксом, восставшим из пепла.

— Зачем ты это делаешь? – прошептал Грег, когда мы спускались за мэром Дэвисом по лестнице.

— Что именно? – спросила я, жонглируя папками с сегодняшними делами.

— Притворяешься, что недостойна стажировки.

— Мне не нравится извлекать выгоду из истории города. Из его гибели. Из смерти наших родных.

Он заступил мне дорогу.

— Ты заслужила. Ты осталась, когда многие из нас уехали. Всегда была в первых рядах, еще подростком, требовала восстановить нашу школу. Ездила в колледж, волонтерствовала, помогала возрождать Легаси. И что ты собираешься делать с новыми знаниями по управлению городом?

— Вернусь домой и буду применять их здесь.

Я не представляла себе жизни ни в каком другом месте. Несмотря на трагическое прошлое, этот город навсегда останется моим домом. Я сдула с лица выбившуюся темно-русую прядь отросшей челки, проклиная торопливо сплетенную французскую косичку, и постаралась не вздрогнуть, когда Грег заправил ее за ухо.

Почему я не могу полюбить его?

Он грустно улыбнулся и медленно убрал руку, будто услышал мои мысли.

— Вот видишь, больше похоже на то, что Наследие инвестирует в тебя.

Мы неловко потоптались на месте, я напряженно кивнула и прошла в зал. Мэр Дэвис выдвинул мне стул, я села и разложила перед собой папки. Он уселся рядом. Остальные члены комиссии заняли свои места, негромко переговариваясь и обсуждая утренние события.

Меня радовало, что заседания проходят за закрытыми дверями, иначе сюда явилась бы половина нашего трехтысячного города, жаждущая узнать, кто стоит за этим «Легаси».

Первые вопросы разрешились легко. Я сделала заметку – поговорить с миссис Гриви о том, почему ей так ненавистен предлагаемый знак остановки на углу Плам-стрит и Аспен-авеню. На следующей встрече будет гораздо проще, если она помолчит. Я взглянула на часы. Двадцать пять минут десятого.

Я обвела в ежедневнике название компании «Легаси», как делала обычно в школьных конспектах. Локоть соскользнул со стола, папка упала на пол, и бумаги рассыпались.

— Проклятье, – пробормотала я себе под нос, не обращая внимания на неодобрительный взгляд своей соседки, миссис Андерсон.

Ругая короткую юбку, я бухнулась на четвереньки и начала подбирать бумаги и запихивать обратно в папку. Хлопнула дверь. В десять тридцать должен был явиться глава «Легаси». Слава богу, деревянная перегородка перед столом скрывала от вошедшего меня и мою задницу, которая, несомненно, выглядывала из-под юбки.

— Охренеть, это ты и есть – «Легаси»? – спросил вдруг Грег, сидевший через несколько стульев от меня.

— Я один из партнеров, – ответил глубокий баритон. – Как дела, Грег?

Я застыла, ужасное осознание пронеслось вниз по позвоночнику, рукам и ногам, защекотало пальцы. Нет, не может быть! Этот голос я узнала бы где угодно. Мне с детства был знаком его смех, он делал мне замечания по поводу одежды, когда я начала превращаться в девушку, и просил не подходить слишком близко, когда понял, что именно ради него я выбираю короткие юбки и глубокие вырезы. Этот спокойный мягкий голос утешал меня и обещал, что все будет хорошо, в день, когда погибли наши отцы. А потом вдруг наступило молчание. Проклятое молчание, длившееся целую вечность.