Книга Примадонны Ренессанса, страница 121 – Ева Арк

Собственное состояние Изабеллы, как и казна Мантуи, тоже были сильно истощены. Её письма к Федерико показывают, насколько велики были трудности, с которыми она сталкивалась, снабжая его деньгами, достаточными для того, чтобы он мог появиться при французском дворе с блеском, подобающим его рангу:

— Вы просите меня заплатить Вашему слуге Стефано, что я бы с радостью сделала, если бы было возможно творить чудеса и накормить пять тысяч человек небольшим количеством хлеба и ещё меньшим количеством рыбы. Но с двадцатью восемью или тридцатью мерами пшеницы и восемью или девятью бочонками фриульского вина невозможно содержать всех Ваших слуг.

Однако у корреспондентов Федерико вскоре появилась и хорошая новость, которую они сообщили ему той же осенью. Это был брак графа Бальдассаре Кастильоне, который вернулся в свой старый дом с изгнанными властителями Урбино. 17 октября он взял в жены Ипполиту Торелли, прекрасную пятнадцатилетнюю девушку, матерью которой была дочь Джованни Бентивольо, бывшего сеньора Болоньи, и сестра жены Джованни Гонзага.  Вся члены семьи Гонзага с радостью приветствовали возвращение своего прежнего любимца в Мантую и почтили своим присутствием его свадьбу.

Молодая герцогиня Элеонора Гонзага выехала в карете вместе с Лаурой Бентивольо и длинной свитой придворных навстречу невесте, в то время как Изабелла и Елизавета встретили её в доме жениха, старинном дворце XIII века, величественные порталы которого до сих пор возвышаются на площади Сорделло. В знак особой милости маркиз отправился на луга Те, где у него были обширные конюшни, и вышел из своей кареты, чтобы поцеловать руку невесты и приветствовать счастливую пару. Два дня спустя в честь этого события в доме Джованни Гонзага представили драматическое представление. Была исполнена комедия под названием «Гог и Магог», написанная за несколько лет до этого умершим другом Кастильоне, молодым мантуанским поэтом Фальконе.

— Госпожа присутствовала, – свидетельствовал один из придворных, – со всем двором и монсеньором де Сен-Поль и многими другими французскими дворянами, но Лотрек не приехал.

Из этого следует, что на бракосочетание Кастильоне был приглашён Лотрек, вице-король Милана. Политика маркизы теперь заключалась в том, чтобы поддерживать хорошие отношения с Францией и, по возможности, постараться отдалить Франциска I от папы римского.

В начале следующего 1517 года Франческо Мария предпринял храбрую попытку вернуть свои владения во главе армии немецких, испанских и французских наёмников.  В течение восьми месяцев молодой герцог противостоял папским войскам во главе с Лоренцо Медичи и кардиналом Биббиеной, и только прибытие подкрепления, которое Франциск I очень неохотно отправил на помощь своим союзникам, наконец, заставило зятя Изабеллы отказаться от неравного состязания. Но, в конце концов, Лев X был вынужден предоставить своему врагу почётные условия мира. Он выплатил жалованье войскам Франческо Марии, позволил ему вывезти своё оружие и знаменитую библиотеку из Урбино в Мантую и пообещал выплатить двум герцогиням их приданое, хотя эту часть соглашения так и не выполнил. Таким образом, единственным трофеем бесплодных побед Франческо Марии оказались шесть вражеских знамён, которые были несомненным доказательством его личной доблести.