Онлайн книга «Весна братьев Медичи»
|
Узнав о выздоровлении папы, Лоренцо решил выступить посредником между Римом и Неаполем. Благодаря флорентийской дипломатии стороны, наконец, пришли к соглашению. 27 января 1492 года папа объявил его условия: дело неаполитанских баронов передаётся в Рим, Ферранте платит 30 тысяч дукатов как недоимку по дани, с тем, чтобы в дальнейшем в счет её содержать две тысячи всадников и пять галер. Мир скреплялся браком внука короля, Людовика Арагонского, и папской внучки Баттистины, дочери Теодорины Чибо и Герардо Усодимаре. Таким образом, правившая в Неаполе Арагонская династия породнилась с Медичи через папских детей. Будучи прирождённым дипломатом, Великолепный вместе с тем оказался плохим банкиром. Однако, как утверждает Макиавелли, в этом была не только вина Лоренцо: — Что касается имущественных его дел, то в торговле ему не везло, ибо доверенные лица распоряжались его богатством не как частные люди, а скорее как владетельные князья… Когда его упрекали за то, что он слишком доверяет своему управляющему Фарнческо Сессети, Великолепный отмахивался: — Я не разбираюсь в таких вопросах! В 1470-х годах были ликвидированы филиалы банка Медичи в Лондоне, Брюгге и Милане. Свой дворец, где Лоренцо устраивал банкеты в честь брака Ипполиты Марии Сфорца, он в 1486 году продал герцогу Лодовико Моро за 4 тысячи дукатов, причём мебель и ковры в эту стоимость не входили. Следствием заговора Пацци стала конфискация собственности римского и неаполитанского филиалов. И если в уплату долга Сикст позже передал Медичи свои запасы квасцов, то Ферранте не вернул ни гроша. Потом пришёл черёд и филиала в Лионе. Великолепному вечно не хватало денег. Потому он занимал у своих друзей и даже вынужден был продать некоторые из своих великолепных имений. Неудивительно, что к концу его правления государственный налог во Флоренции вырос втрое. Чтобы не подвергаться в дальнейшем превратностям судьбы, Лоренцо прекратил торговые дела и стал скупать земли, которые считал благосостоянием более твёрдым и прочным. В окрестностях Прато, Пизы и в Валь ди Пеза у него образовались владения, которые по доходности своей и великолепию воздвигнутых там построек достойны были скорее государя, чем частного лица. Уладив семейные и финансовые дела, Великолепный занялся украшением родного города. — Никогда еще Италия не знала такого благоденствия и не находилась в таком выгодном положении, как в 1490 году и в предшествующие несколько лет. Повсюду царили мир и спокойствие. В самых засушливых и гористых областях земли были возделаны не хуже, чем на плодородных равнинах. Никто не угрожал стране извне и не мешал процветанию её жителей. Всего в Италии было в достатке – трудолюбивых жителей, ремесленных промыслов и богатств. Её славу умножали великие правители, множество знатных династий и роскошь их домов, красота и великолепие городов, – писал Франческо Гвиччардини, под «великим правителем» в первую очередь подразумевавший Лоренцо Медичи. Церкви Флоренции производили огромное впечатление своими фресками и мозаиками, которые Лоренцо Медичи особенно любил. В 1490 году Вазари записал его разговор с экстравагантным художником Граффьоне об украшении собора Санта-Мария дель Фьоре. — Хочу украсить его мозаиками и лепниной, – сказал Лоренцо. |