Книга Весна братьев Медичи, страница 82 – Ева Арк

Все неаполитанские войска были отозваны на юг. Впрочем, исход осады решило не их скопление, а одно непредвиденное событие: скоропостижная смерть Мехмеда II 3 марта и разгоревшаяся затем междоусобная война его сыновей Баязида и Джема. Гарнизон Отранто лишился поддержки и 10 сентября 1481 года капитулировал. За время оккупации 22-тысячное население было фактически уничтожено: 12 000 мужчин убили в ходе боёв, около 8 000 женщин и детей угнали в рабство, а 800 человек из оставшихся в живых обезглавили за отказ принять ислам.

После взятия Отранто герцог Калабрийский обратился с предложением к папе и христианским государям организовать Крестовый поход против турок, но его никто не поддержал. Все думали о своих интересах, а не о христианском мире.

В июне 1481 года подавление нового заговора дало Лоренцо возможность косвенно показать, что он – подлинный глава государства. Всё началось с недовольства двух именитых людей, которые сочли, что их несправедливо отстраняют от государственных должностей. Про одного из них, Маротто Бальдовинетти, было известно, что он поддерживает сношения с Джироламо Риарио. Другой, Баттиста Фрескобальди, бывший представитель Флоренции в Турции, арестовал Бернардо Бандини – одного из убийц Джулиано Медичи. Фрескобальди привёз его к Лоренцо, но никакого вознаграждения от него за это не получил. Обидевшись, он задумал сделать то, что не удалось Пацци – убить Великолепного. Но едва слух о заговоре дошёл до окружения Медичи, злоумышленники сразу же были осуждены и 6 июня повешены на окнах Барджелло. Правда, некоторые роптали:

— Ведь заговорщики ещё не успели ничего совершить!

Однако Синьория и Совет семидесяти решили дать острастку другим.

По словам Макиавелли, после заключения договора с Ферранте Неаполитанским Лоренцо занялся украшением города и возвеличиванием своей семьи. Будучи членом комиссии дворцовых дел с 1479 года до смерти, он познакомился с величайшими художниками своего времени, и общение с ними, как и с представителями изящной словесности, доставляло ему одну из величайших радостей, доступных человеку. Вслед за Козимо Старым Лоренцо полагал:

— Для чести и блага страны художники нужней чиновников и полководцев!

Правда, будучи менее щепетильным, чем его дед, Лоренцо мог, если собственных денег для меценатства недоставало, без всяких колебаний заимствовать их из государственной казны, и прибегать к этой крайности ему приходилось особенно часто по возвращении из Неаполя.

К тому времени в Италии огромный интерес к античности уже существовал. Но при Великолепном он получил новый толчок. Так, спасая и Флоренцию, и свою собственную жизнь, Лоренцо преподнёс в качестве подарка важному приближённому короля Ферранте античную бронзовую голову льва, которая стоила дороже золота…

Сам Великолепный, в отличие от религиозных общин, Синьории и конкурирующих с Медичи богатых семей, заказывал не так много произведений архитектуры и живописи. Зато он был страстным любителем декоративного искусства и собрал за свою жизнь более 200 золотых медалей, 1000 серебряных, 60 инталий (разновидность геммы) и множество ваз. Покровительствовал медальерам и бронзировщикам, в том числе, скульптору и живописцу Андреа Верроккьо, который был учителем Леонардо да Винчи, Пьетро Перуджини и, возможно, Сандро Боттичелли. Последний был любимым художником Лоренцо, который почти двадцать лет обеспечивал ему заказы.