Онлайн книга «Весна братьев Медичи»
|
В эпоху Возрождения, во времена бунта против догм церкви, когда красота и жизнь тела вводилась в абсолют, люди не очень-то считали нужным идти наперекор своим чувствам, и все средства для достижения цели были хороши. В том, чтобы получить, что хочется, не могло быть большой доблести, – особенно, для брата хозяина Флоренции (у соседнего герцога Николло III Д’Эсте, например, было 800 любовниц и более 30 незаконных детей). А вот пылать возвышенным чувством и оставаться на грани уважения и приличия – в этом, скорее всего, была особая поэзия. В конце концов, именно неразделённая любовь к Прекрасной Даме питала отвагу и доблесть рыцаря! Новый 1471 год начался для Лоренцо удачно: 15 февраля появился на свет его наследник Пьеро. А ровно через месяц, 15 марта, когда Клариче, молодая мать, уже могла принимать участие в торжествах, во Флоренцию прибыл Галеаццо Мария Сфорца со своей супругой Боной Савойской и своими братьями, герцогом Бари и графом Мортара, позднее прозванным «Моро» («Мавр»). Предлогом для посещения послужило исполнение обета совершить паломничество в церковь Благовещения во Флоренции. Этот визит занимает особое место в анналах Ренессанса: даже критики Миланского герцога утверждали: — В памяти человечества не было ничего равного ему по великолепию! Члены семьи Галеаццо Марии сияли бархатом и шелками. Герцога сопровождала двухтысячная свита одетых в парчу рыцарей, охраны и сокольничих. Сёдла пятидесяти лошадей были покрыты золотой тканью, стремена обёрнуты шёлком, а металлические части вызолочены. Шествие открывал оркестр флейтистов и трубачей. Была здесь и дюжина колесниц, которые переправляли через горы на мулах. Платья едущих в них женщин были также великолепны. Всего было две тысячи лошадей и двести мулов для перевозки багажа, украшенных попонами из белого и коричневого (цвет Сфорца) дамаска с герцогскими гербами, вышитыми серебром и золотом. Сеньоров и дам окружали шуты и карлики, а также лакеи в дорогих ливреях. Кроме того, Галеаццо Мария взял с собой пятьсот собак различных мастей, ястребов и соколов. Хотя на флорентийцев произвела впечатление роскошная свита герцога, тем не менее, один из горожан гордо заявил: — Мы могли бы устроить гораздо лучшее зрелище, если бы захотели! По дороге гостей встретила группа видных жителей Флоренции и компания молодежи, одетых в праздничные наряды. После чего появились флорентийские дамы, затем девушки, распевающие куплеты во славу герцога, за ними члены магистрата и, наконец, Сенат, вручивший гостю ключи от Флоренции, в который он вошёл с неслыханным триумфом. Флорентийцы с любопытством разглядывали Бону, родную сестру французской королевы, которая считалась чуть ли не самой красивой женщиной Европы. Несмотря на то, что Лоренцо понравилась Бона, он всё же решил, что Симонетта превосходит супругу Галеаццо своей утончённостью и изяществом. Для братьев Медичи генуэзка по-прежнему оставалась Несравненной. Честолюбие Лоренцо торжествовало, когда он появлялся перед толпой флорентийцев во время дипломатических визитов. Сношения с разными государями позволяли правителю Флоренции соперничать с ними в великолепии. Он находил немалое удовольствие в том, чтобы ненавязчиво продемонстрировать культурное превосходство Флоренции над Миланом. Пребывание во дворце Медичи с его несравненными картинами и скульптурами настолько вдохновило Галеаццо Марию, что по возвращении в Милан он тоже призвал живописцев и архитекторов украсить родной город. Так что расцвет Ренессанса во Флоренции, в котором столь важную роль играли деньги Медичи, начинал распространяться и на сопредельные итальянские государства. |