Книга Возвращение герцога, страница 78 – Валери Боумен

Его слова были как нож в сердце, но Филипп должен был уважать желание Софи, как ни мучительно это было для него. Это он виноват в ее страданиях. Кроме того, они не давали друг другу никаких обещаний, не строили планов на будущее. Они провели одну сказочную ночь в объятиях друг друга, а потом он свалял дурака и сказал, что больше ничего не может ей предложить. Что еще она должна думать о нем? Нет, Филипп не винил Софи за то, что она больше не желает его видеть. Сам виноват!

Раздался тихий стук, за ним звук открываемой двери, и в кабинет просунул голову Белл.

— Хочешь, составлю компанию? – спросил Белл.

— Нет! – отрезал Филипп. – Как раз сейчас я хочу побыть один. И вообще: я думал, ты давно укатил в Лондон вместе с Гримальди.

— Я хотел поговорить с тобой.

— Уходи! – прорычал Филипп.

— Принимаю твой ответ за приглашение. Больше, кажется, от тебя ничего не добиться, – с ухмылкой заметил маркиз, распахивая дверь, вошел в кабинет и уселся за стол.

— И не смей говорить, что пить вредно! – буркнул Филипп, наливая себе еще бренди.

— И не собирался, – возразил маркиз.

Филипп со вздохом провел рукой по волосам.

— Ладно. Тогда оставайся. – По крайней мере, Белл отвлечет его от мыслей о Софи. – Есть новости о наших арестованных?

— Да, все за решеткой: Хилсдейл, Валентина и Уайнинг в Тауэре, а Хью и двое других – в Ньюгейте.

— Хью не удостоился Тауэра, потому что больше не герцог, – с усмешкой заметил Филипп.

— Именно так, – подтвердил Белл. – И поверь мне: как внук герцога, он жестоко страдает еще и от этого удара по самолюбию.

— И что за участь их ожидает? – спросил Филипп и поднес к губам стакан с бренди.

— Разумеется, сначала они предстанут перед судом, но я уверен: с учетом наших показаний Хилсдейлу и Валентине смертный приговор обеспечен.

— А Уайнинг?

— Вероятно, сможет выкрутиться, и, если повезет, ему сохранят жизнь.

Филипп мрачно кивнул:

— А что сэр Роджер? Может, и он причастен каким-то образом к гибели Малькольма?

В глубине души он очень надеялся, что непреклонного папашу Софи тоже препроводят в тюрьму.

Белл покачал головой:

— Никоим образом, насколько мы смогли установить. Кажется, бедный старик пал жертвой красоты этой коварной обольстительницы, после того как та овдовела и была отвергнута многими прочими. Мы возобновили расследование смерти ее первого супруга. Репутация дамочки изрядно подмочена, и за сэра Роджера она вышла из-за денег и желания обрести наконец титул. Валентина не брезговала такими как Хилсдейл: любовники дарили ей дорогие подарки, исполняли желания.

Ноздри Филиппа раздулись от гнева. Страшно подумать, сколько лет Софи подвергалась опасности, пока жила под одной крышей с этим чудовищем.

— А Хью?

— Какова его роль во всем этом? Нам еще это предстоит выяснить. Он клянется, что Малькольм уже был мертв, когда Хилсдейл и Валентина предложили ему покровительство в лондонском обществе и парламенте.

Филипп вскинул бровь:

— В обмен на?..

— На его голос в парламенте, конечно. Хилсдейлу нужна была марионетка, которая голосовала бы по его указке, а Валентина жаждала заполучить герцога… для падчерицы. Вынужден признаться, что я склонен ему верить: твой кузен сам не смог бы придумать такое, но не сомневаюсь, что ему все было известно – его поставили перед фактом.