Книга Наследница по найму, страница 78 – Мэдлин Хантер

— Что-то ты рано. Помнишь, как пили ночи напролет? Неужели настолько постарел? А я тут подумал поискать общества неподобающих женщин, надеялся, что ты составишь мне компанию.

— Нет-нет, сегодня не до того: жутко хочу спать.

— Надеюсь, не планируешь проводить еще какие-то эксперименты с миссис Руперт? – спросил Николас, и в глазах его заискрились смешинки.

— Ни к чему. С этим все ясно, – вежливо сказал Чейз.

— Что ж, спокойной ночи.

Чейз взбежал наверх, перепрыгивая через две ступеньки, распахнул дверь в свою спальню и сразу направился в гардеробную, где его уже ждала горячая вода. Быстро раздевшись, он вымылся, затем отослал слугу, который исполнял при нем обязанности камердинера, и сверился с карманными часами. Без десяти десять.

Это были самые долгие десять минут в его жизни. Он то воображал себе ее, стоящую у двери, разрумянившуюся, с глазами, блестящими от страсти, все еще немного изумленную, то слышал ее глубокие вздохи и чувствовал робкие поцелуи. Он едва не лишился рассудка, дожидаясь, когда часы покажут десять.

Он поднялся по задней лестнице, едва сдерживая желание, готовое разразиться бурей у него внутри.

Десять часов. Минерва взяла себя в руки.

Последний час был мучительным, полным самоанализа и упорных попыток мыслить рационально. В этот момент ей так хотелось быть совсем другой, с другим прошлым или по крайней мере другими желаниями.

Бывает ли большая жестокость, чем возжелать чего-то через годы после того, как перестал этого желать, только для того, чтобы узнать, что все еще не способна радоваться таким вещам?

Все зависело от того, чтобы нарисовать это в своем воображении, представить его здесь, в одной постели с ней. Вот только лицо, нависшее над ее собственным, принадлежало не Чейзу, а Элджернону, от воспоминания о нем все ее вожделение мигом остыло, ее захлестнуло безнадежное отчаяние.

Она отерла глаза. Глупо было плакать из-за этого: так по-детски, – и не следовало позволять этому зайти так далеко. Наверное, она спятила.

В дверь мягко постучали. Она почти поддалась искушению не открывать, но все же поднялась и подошла к двери, пообещав себе, что больше никогда не будет бояться.

Чейз стоял в дверях, невероятно привлекательный в полумраке, в белоснежной рубашке, благоухающий чистотой и дорогим одеколоном. Его сила никогда ее не пугала, он никогда не пользовался ею во зло. В свою очередь оглядел ее и он: то же серое платье, – затем посмотрел в глаза. Он понял.

Минерва шагнула обратно, решив, что он не последует за ней, но ошиблась. В полном смятении, лишь бы не смотреть на него, она уставилась в темноту за окном, но все равно ощущала его присутствие. Оно заполнило комнату, касаясь ее невидимыми руками.

— Простите, – наконец выдавила она. – Я не уверена, что смогу… Сожалею, что дала вам повод думать иначе.

Минерва собиралась сказать совсем не это, но оттого, что по ее телу неудержимо бежали мурашки, промямлила бог знает что.

— У леди всегда есть право передумать. – Он медленно подошел к ней. – Вы передумали? Я не вполне понимаю.

Она надеялась, что он разозлится и просто уйдет, поэтому повернулась к нему лицом, намереваясь перечислить все причины, по которым она не может дать ему то, чего он от нее ждет.

Но стоило ей посмотреть на него, как все протесты куда-то исчезли еще до того, как она успела вымолвить хоть слово. Он выглядел так, что у нее перехватило дыхание, сердце глухо забилось.