Книга Наследница по найму, страница 66 – Мэдлин Хантер

Эдкинс пошевелил наживку, описав большой круг на поверхности воды.

— При мне он не упоминал никого из родственников.

Бывший камердинер отвечал ему так же, как судебному чиновнику: с осторожностью. Уже одно это подхлестнуло любопытство Чейза. Был ли он более откровенным с Минервой? Она не имела права приставать к нему с расспросами, и все же…

— Хоть кто-нибудь приходил к нему? Кто угодно. Может быть, сосед или деловой партнер. Даже если вы не знали его имени и понятия не имели, кто он. Может, кто-то просто появлялся на территории поместья? – Он не знал, как еще выразиться, чтобы предугадать все возможные варианты.

Эдкинс с повышенным вниманием разглядывал леску, потом подергал наживку – явно тянул время, – наконец признался:

— Была, дама. В день его смерти. Я выглянул в сад и увидел его светлость вместе с гостьей.

— Одной из его сестер?

— Точно не скажу. Я ее толком не разглядел. Не думаю, чтобы она заходила в дом. Может, только через сад. Они прохаживались между деревьями за домом.

— Как по-вашему, дядя ожидал ее визита?

— Откуда мне знать? Они мирно беседовали, и прогнать ее он не пытался.

Женщина. Проклятье!

— Вы потом не встречали, случайно, похожую на нее даму? Может быть, в Лондоне?

Последний вопрос он задал для того, чтобы успокоить собственную совесть: не спрашивать же его напрямую, могла ли это быть та самая женщина, с которой он встречался полчаса назад в собственной гостиной.

— Не думаю, сэр.

— Тем вечером, после обеда, герцог вернулся к себе в комнату? Вы ему прислуживали?

— Нет. Я дремал в гардеробной, такая уж у меня привычка. Обычно он возвращался поздно ночью. Но вот наступило утро, а он так и не пришел. Скоро мы узнали о случившемся. – Горестно скривившись, он прищурился за стеклами очков.

— Что же, по-вашему, там произошло?

— Я думаю, что он упал. Там, наверху, небезопасно. Стена бы не слишком его защитила, если бы он поскользнулся. Понятия не имею, зачем он лазил туда по ночам и подвергал себя опасности.

Он поднимался туда по ночам, чтобы остаться наедине с необъятным звездным небом. Дядя Фредерик не был романтиком, но вот гулять под звездами любил.

Чейз не знал, о чем еще спросить камердинера, поэтому поднялся с пня, намереваясь уйти. Именно в этот момент леска натянулась и поплавок нырнул. Эдкинс с широченной улыбкой начал скручивать леску и проговорил:

— Рыбешка тут мелкая: озерцо небольшое, – но мне для ужина много не надо.

— Не стану больше злоупотреблять вашим вниманием. Мне пора. Спасибо, что приняли меня.

Чейз вернулся в сад и направился к передней калитке.

«В день смерти герцога навещала какая-то дама. Проклятье!»

Минерва сидела на поваленном дереве и слушала журчание ручейка, пока ее лошадь щипала траву. Должно быть, весной, когда берег пестрит полевыми цветами, здесь чудесно, а теперь его украшали лишь желтые и оранжевые осенние листья.

Она услышала топот копыт. Наверное, не стоило сидеть здесь и дожидаться Реднора, как он велел. Она бы и не осталась, если бы не надеялась услышать, узнал ли он что-то еще, кроме того, о чем мистер Эдкинс рассказал ей.

Камердинер был не слишком откровенен, но ее вопросы и не были настолько конкретными, чтобы получить на них точный ответ. В отличие от Чейза, который, скорее всего, не скрывал, что ведет расследование, ей пришлось использовать в качестве предлога дружбу с кухаркой – миссис Фаулер. Пришлось вплести свои вопросы о герцоге в повседневную болтовню и сплетни. Но это было не так уж и плохо. Ей все-таки удалось вытащить крупицу полезной информации из всего сказанного мистером Эдкинсом, и теперь она не могла решить, поделиться ли ею с Реднором.