Онлайн книга «Обрученные судьбой»
|
И Ксения, и Добженский взглянули друг другу в глаза и резко выпрямились, стоя каждый на своем месте будто кулачники перед боем. Что ей делать сейчас, мелькнуло в голове Ксении. Узнал ли он распятие или нет, понял ли кто стоит ныне перед ним? Но прежде чем она успела даже рот открыть, рука Добженского взметнулась вверх и прижалась к ее губам. — Тихо, тихо, — почти ласково проговорил он, второй рукой обхватывая ее предплечье стальной хваткой и заставляя ее подняться на ступеням на крыльцо. Холоп, стоявший позади Ксении спиной к ним, вдруг обернулся на мычание, что издала та, и заметил то, что происходит перед домом. Добженский поспешил резко проговорить. — Стоять! Шевельнешься, глотку перережу, так и знай. Ксения замычала отчаянно, пытаясь донести до холопа мысленно: «Беги! Подними крик! Зови людей!», а потом вдруг бросилась на Добженского, заставив его пошатнуться на крыльце. Он отпустил на миг руку, мешавшую ей говорить, и тогда она закричала холопу: «Беги! Беги за людьми!». Тот словно ждал этого приказа — сорвался с места, бросив поводья валаха, скрылся за распахнутыми створкам ворот. Добженский грубо тряхнул ее и снова закрыл рот ладонью, а потом распахнул дверь в темные сени и толкнул ее туда, в эту черноту, захлопнул дверь за собой и быстро замотал ее своим поясом, что стащил в талии. — Ну, панна! — только и мог сказать сейчас он, сам толком не осознав еще, что происходит тут. А Ксения билась в дверь, кричала, колотила кулаками, умоляя выпустить ее. В ее душе метался ужас от того, что Анджей может появиться в любую минуту на дворе, а она заперта здесь, в доме. — Прошу тебя, — молила она со слезами в голосе. — Прошу тебя, пан Тадек, отвори… отвори… позволь мне рассказать тебе все… отвори… И именно это «пан Тадек» заставило его отшатнуться от двери, когда уже рука сама тянулась отпустить ее, коснуться ее волос и ее руки, убедиться, что это не сон, что это действительно панна Ксения из Московии тут на дворе пана Смирца. А потом он вспомнил самострел, лежащий в сенях, и стрелы, одна из которых едва не убила Владислава. Нет, он не будет сейчас слушать ее. Кто ведает, что будет у нее за спиной, когда он отворит дверь? Кто ведает, какая тайна толкнула ее на то, чтобы так жестоко обмануть Владислава, а после еще и пытаться убить его? Верно, говорят про московитов — у них на языке мед, а под языком лед. Добженский уже слышал, как спрашивают на заднем дворе друг у друга холопы, что творится тут, понимал, что убежавший за ворота холоп скорее всего поднимет дымы против него, творящего обиду их хозяйке. Знал, что между Бравицким лесом и вотчиной Ежи за пустошью длинная полоска топи, которая отлично скрывает тех, кто ненароком открыл чужую тайну. Ох, недаром он почуял, что старый лис что-то скрывает! Но такое он даже предположить не мог! — Умоляю, отвори дверь, пан Тадек, — просила Ксения, умоляя Господа и всех святых, чтобы Анджей не вышел на двор перед домом, а так и остался смотреть за котятами. Позади уже подбегала Збыня, спеша помочь своей пани открыть дверь. — Навалимся, пани! Навалимся! Ох, как сердце чуяло, что недаром занесло его на наш двор, — причитала Збыня, напирая всем своим весом на дверь. — Уехал, кажись! Точно уехал! Ах, что пани так бледна стала? Украл он что? Ах, лис! Затуманил голову речами сладкими, а сам зырк-зырк по сторонам, будто ищет что! Пани слышит? То люди наши идут! Нынче же отворят нам… |