Книга Обрученные судьбой, страница 500 – Марина Струк

А быть может, оттого что ей было впервые неловко остаться наедине с ним после того, как помогая ей идти по двору через дождь, ведя ее за руку, он вдруг украдкой погладил тыльную сторону ее ладони.

Или ей это показалось, думала Ксения, не в силах оторвать взгляда от его черноволосой макушки, что склонилась над столом. Кто ведает, вдруг этот жест был случаен? Обычно она чувствовала по наитию, что люба мужчине, определяя то по выражению глаз, по случайным жестам или голосу. Тут же не было ничего, что могло бы указать на возможную симпатию к ней вечно угрюмого Лешко. Он всегда был предельно вежлив с ней, никогда не задерживал на ней взгляд долее положенного, никогда не пытался коснуться ее лишний раз, когда обучал ее езде на лошади.

А потом она задумалась вдруг совсем о другом, глядя на черные волосы сидящего напротив шляхтича. Эта гридница была так похожа на ту большую комнату в Белобродах — те же стены с развешанным на них оружием, та же побеленная печь в углу, тот же широкий стол под льняной скатертью. Ксении привиделось, что она снова вернулась в те дни перед Адвентом, когда убежав от всего света и закрывшись от всех в вотчине, они были так счастливы с Владиславом. Это именно его голова склонилась над миской с горячей похлебкой, это именно его руки отрывают от ломтя хлеба куски поменьше, чтобы смочить их в ароматном вареве да отправить в рот. Вот сейчас он поднимет голову, улыбнется ей — широко раздвигая губы, пуская тем самым от уголков глаз десятки мелких морщинок. На его губах останутся крошки хлеба, и она, нагнувшись над столом, смахнет их пальцами, а Владислав тут же поймает их в плен, как делал то обычно при ее жесте, прижмет к своим губам, таким горячим от похлебки. И она расскажет ему, что невольно заснула наяву, что видела страшный сон — они разлучены, и он повел под венец совсем другую женщину, а она обречена растить их дитя вдали от него, тщательно оберегая эту тайну.

Ксения не сразу поняла, что уже давно смотрит не на макушку Лешко, а в его карие глаза, что он уже давно поднял голову и наблюдает за ней пристально, словно читает по ее лицу мысли, что в голове ее крутятся в этот момент. Смутилась от его прямого взгляда, покраснела, но глаз не отвела в сторону, осознавая, что если так поступит, то слабость свою покажет, а быть перед кем-либо слабой ныне она не желала. И Лешко своих очей не отвел в сторону, так и смотрел на нее.

За шумом дождя, что шелестел по крыше да двор щедро поливал, барабаня тяжелыми каплями по настилу перед крыльцом, они не услышали, как подъехала к дому колымага. Стукнула в дверь в сенях, в гридницу буквально влетела Эльжбета. Застыла на пороге, глядя на Ксению, прижимая руку к груди. Разорвалась та незримая связь, что вдруг образовалась между ней и Лешко. Позднее, уже лежа в тиши своей спаленки, Ксения будет долго думать о том мороке, который вдруг на нее напал, что даже глаз не сумела отвести от пристального взгляда Лешко. Но мысли о том, что волколак тот, гнала от себя — Владислава тоже звали дьяволом из-за темных глаз и порой такого тяжелого взгляда, но она-то как никто другой знала, что тот человек из плоти и крови, а не бесовское порождение.

— Ты была там? — глухо проговорила от двери Эльжбета, а потом резко шагнула в гридницу, шурша длинными юбками. — Ты была там, верно?