Онлайн книга «Обрученные судьбой»
|
Завтра ему снова предстоит уехать, чтобы успеть вернуться в Заслав до Дня всех святых, до приезда дяди-бискупа и пани Патрыси, что решила с половины дороги вернуться обратно вместе с епископским поездом. Но это будет только на рассвете, а нынче столько часов принадлежит ночи, которая так щедро подарит их Владиславу. Ежи отвлек Владислава от неподходящих по случаю мыслей, заставил вернуться к игре. Тот заинтересовался раскладом на шахматном поле, склонился в сторону молодых панов, чтобы лучше видеть происходящее, а потом кивнул своим мыслям, сунул снова в рот чубук. — Тебе предстоит жертва, Владислав, — тихо проговорил он, и Владислав бросил быстрый взгляд на своего противника — поймет ли тот, о чем толкует усатый шляхтич. Но пан Тадеуш смотрел в окно, казалось, завороженный отражением огоньков свечей в разноцветном стекле. Снова этот мечтательный взгляд… Владислав перевел глаза на тускло освещенное маленькой лампадкой окно на втором этаже северного крыла Замка, стиснул пальцами голову своего светлого рыцаря, которого хотел передвинуть по доске, уходя от мата, уже заранее зная, что этот маневр не спасет его, а только отстрочит неизбежное. Но жертвовать, как подсказал Ежи…! Нет, Владислав с малолетства, еще со времени своих баталий с отцом, который и познакомил сына с этой стратегической игрой, не любил жертвовать королевой. Эта тонкая фигура, гордо поднятая голова в высоком эннене {8}, сложенные руки в молитвенном жесте. Еще ребенком он почувствовал слабость королевы и предпочитал жертвовать какой угодно фигурой — бискупом ли или рыцарем, но сохранить эту хрупкую фигурку. «Нельзя жертвовать слабыми», — спорил Владек тогда до хрипоты с отцом, подсознательно перемещая на шахматные фигуры расклад сил в семье. Король виделся ему отцом, магнатом Заславским, а мать — слабой королевой. А Стефан только качал головой, повторяя снова и снова, разбивая сына в пух и прах на шахматной доске: «Pelle sub agnina latitat mens saepe lupina {9}, а зубы волка остры, помни об этом, жалея слабых. Да, королева слаба и не может выиграть у короля. Но не стоит недооценивать ее. Это для победы королеве нужен король, но загнать противника в угол, привести ситуацию к ничьей — под силу королеве и в одиночестве». Увы, и в этот раз расклад оказался не на стороне Владислава — стремясь уберечь королеву от фигур Добженского, король оказался в ловушке. — Я полагаю, мат, — улыбаясь, проговорил пан Тадеуш, передвигая своего офицера с пикой по доске. — Мат, пан. Ты проиграл. Еще партию? — Я же говорил тебе, Владек, — отозвался от камина Ежи, выдыхая табачный дым через ноздри. — Надо было жертвовать королевой. Иногда другого выхода спасти короля, кроме этого, нет! 1. Ожерельем тогда на Руси называли широкий воротник, расшитый камнями, жемчугом, нить золотой. Обычно — широкое, пристегивалось отдельно поверх одежд 2. Бона Сфорца — королева Речи Посполитой в XVI веке 3. Имеется в виду история об офицерском гареме королевы. Якобы она устраивала оргии с участием нескольких десятков красавцев-охранников. Об этом было немедленно доложено ее мужу, который приказал казнить всех любовников. Но Бона вымолила у Сигизмунда Старого (своего мужа) прощение для 3-го, 9-го и 27-го офицера из списка 4. Первое завершённое издание Библии на церковнославянском языке, опубликованное в Остроге русским первопечатником Иваном Фёдоровым в 1581 году |