Книга На осколках разбитых надежд, страница 84 – Марина Струк

За ужином говорили мало, в основном щебетала Урсула да так быстро, что Лена не всегда понимала ее речь. Сама Лена предпочла наблюдать за своими соседями по столу, тщательно скрывая свой интерес. Чем быстрее она разберется, кто перед ней, тем проще будет в дальнейшем. Только один раз не удержалась и подмигнула Руди, поймав на себе очередной любопытный взгляд широко распахнутых серых глаз мальчика. И улыбнулась в ответ на его улыбку.

И Биргит, и Айке уходили на ночь из замка. Айке жила в деревне неподалеку от Розенбурга, а Биргит с семьей занимала дом в глубине парка. Войтек ночевал в небольшой комнате над гаражом. В доме на ночь оставались только девушки и Урсула.

— Никаких глупостей! — наказала Биргит, уходя. — Штефан не только садовник усадьбы, он еще и сторож. Всю эту неделю он будет делать обход чаще обычного, имейте в виду. И помните — в комнатах баронессы и господина фон Кестлина есть звонки для вызова прислуги в ночное время. Сонетка используется только днем. Как только услышите сигнал, без промедления идите в их комнаты. Надеюсь, у вас у всех чуткий сон, и мне не придется выслушивать жалобы хозяев.

Комнаты работниц находились на самом верхнем этаже, под крышей — небольшие узкие спаленки со скошенным потолком на две кровати. Лена думала, что будет жить вместе с Катериной, но Биргит распорядилась, чтобы она заняла комнату на двоих с Урсулой. Кате же предстояло жить вместе с Яниной.

— Не переживай, — шепнула Лене заговорщицки Урсула, когда выдавала девушкам по ночной рубашке и куску эрзац-мыла. — Совсем скоро я вернусь к матери в деревню, и комната будет полностью в твоем распоряжении. Так что тебе повезло. Но если захочешь, то можешь попросить фрау Биргит позволить тебе жить с Катериной. Будь послушной, и она точно разрешит!

Ту же фразу, к удивлению Лены, повторила и Катерина, когда девушки готовились ко сну в общей ванной.

— Ты зазря робишь то, — произнесла Катя, уступая место у умывальника Лене. — Зазря дразнишь немку. Только себе робишь худо. Зачем начепила знак? Зачем спортила карточку кровью?

Сначала Лена даже не поняла, о чем говорит Катя, только потом вспомнила о своем приступе острой злости и о том, как оставила кровавый отпечаток на карточке в рамке.

— Хорошо, что фрау меня поставила протирать мебель в той комнате. Я так и подумала, что ты зробила то. Не боись, фрау не приметила. Я состерла.

— Ненавижу их всех! — вдруг сорвалось с губ Лены всхлипом. Она сжала в отчаяние ободок фаянсовой раковины, пытаясь не сорваться в плач. Мысль о том, что мама осталась в Минске совсем одна, неспособная себя толком прокормить, приводила в ужас и причиняла едва ли не физическую боль. А Кнеллер, этот предатель немец, вряд ли будет помогать ей, как делал это раньше. Лена никак не могла понять, почему он предал ее, почему не помог выбраться из западни трудовой облавы. А ведь мог!

— Люди как люди, — отозвалась на это Катерина равнодушно. — Пусть и немчура.

— Ты разве не слышала? — сорвалась на крик Лена. — У Биргит старший сын в армии. У Айке братья и сыновья. У Урсулы муж тоже на фронте. Возможно, именно они так лютовали в твоей деревне и в деревне Янины. Не думала об этом?

На лицо Кати тут же набежала тень, и Лена пожалела, что напомнила ей о том, о чем любой человек предпочел бы навсегда забыть. Она не привыкла обижать кого-либо, и боль Кати отдалась в ней самой. Поэтому Лена поспешила опустить лицо в ладони, умываясь холодной водой.