Онлайн книга «На осколках разбитых надежд»
|
Видимо, немец не в первый раз был участником подобного разговора, потому что он даже бровью не повел в ответ. Он чуть склонил голову, словно разглядывал носки своих сапог, а потом проговорил твердо: — Мы бы хотели написать несколько слов от лица нашей эскадрильи в «Фолькишер беобахтер»… — Я запрещаю вам делать это! — резко произнесла баронесса. Лена заметила, как обострились ее скулы, когда она сжала челюсти чуть сильнее обычного. Невозмутимая на вид, но с огромной бурей чувств внутри. — Рихард заслуживает… — …чтобы его не хоронили раньше срока! Надеюсь, госпиталь, в котором разместили этого летчика, эвакуировали с острова? Сообщите мне, пожалуйста, когда это произойдет. Неважно — будет ли он базироваться во Франции или в Германии. Я приеду куда угодно. — Я видел, как горел Рихард, фрау фон Ренбек, — вдруг присоединился к разговору светловолосый летчик. Его голос был тих и печален. — И видел, как он упал в море. Поверьте, фрау фон Ренбек, практически невозможно выжить при таком ударе о воду. Потеря сознания или перелом позвоночника, и… — Не стоит продолжать, лейтенант! — прервала его баронесса. Лена заметила, что эти слова пробили броню ее уверенности. Чуть дрогнули руки, которые она судорожно сжала, чтобы скрыть это волнение. — Я уже сказала вам все, что хотела. Вы полагаю — тоже. — Мы привезли личные вещи Рихарда для вас, — проговорил Штрайден после того, как оба летчика кивнули в знак согласия с баронессой. Он показал на коробку и на саквояж, который стоял у его ног. Лена узнала сумку в тот же миг, и кольцо хватки на ее сердце только усилилось. Это был саквояж Рихарда. — Лена! — окликнула ее вдруг баронесса, и Лене пришлось собрать все силы, чтобы сделать несколько шагов и войти в комнату под взгляды, устремленные на нее. — Отдайте Лене то, что привезли. Она позаботится о том, чтобы Рихард нашел их по возвращении. Благодарю, что позаботились об этом. — Есть еще кое-что, — сказал Штрайден. — Письма. Рихард не сохранил ни одного конверта, и мы не знаем адреса девушки. Нужно сообщить ей о гибели… о том, что произошло… Лена сбилась с шага при этих словах, чуть помедлила, когда направлялась к темноволосому летчику, чтобы принять вещи Рихарда из его рук. Она знала слово «гибель», и сейчас оно словно запечатало ее сомнения о том, что она недостаточно хорошо понимает немецкий язык. В горле тут же застрял комок, мешая дышать. Его можно либо выплакать, либо выпустить из себя вместе с криком. Но у нее не было ни малейшего права на скорбь сейчас. И только и оставалось, что держать на лице маску хладнокровия, когда чувствовала себя так, будто она шла по битому стеклу сейчас. — Я знаю, кому писал Рихард, — произнесла баронесса. — Я позабочусь об этом, уверяю вас. Но Лена уже не слышала ее ответ. Все ее внимание было сосредоточенно на другом. На растрескавшейся коже на ручке саквояжа. На весе коробки, которую Штрайден аккуратно переложил ей под локоть, чтобы ей было удобно нести. Очередная невыносимо тяжелая ноша в ее жизни, несмотря легкий вес. Лена не выдержала уже через комнату. Поставила саквояж на пол, а коробку на ближайший столик. Сняла крышку с коробки, до последнего надеясь увидеть в той чужие вещи. Просто потому что произошла ошибка. Какая-то дурацкая ошибка… |