Книга Таинственный незнакомец, страница 91 – Лиза Клейпас

Глава 15

— Элиза, – заговорила Гаррет, устало потирая глаза, – стоит отцу захотеть съесть что-нибудь вредное для него, как ты это ему даешь.

Они стояли на кухне, где в воздухе висел густой аромат сдобного пирога.

Служанка моментально заняла оборону.

— Я дала ему тонюсенький ломтик, не толще вашего пальчика. Смотрите, я покажу вам пирог…

— Я не собираюсь на него смотреть. Мне нужно, чтобы ты придерживалась недельного меню, которое я для него составила.

— Он не может питаться, как инвалид.

— Он и есть инвалид.

Вернувшись домой после долгого рабочего дня в клинике, Гаррет обнаружила, что Элиза возится с любимым пирогом отца, слишком жирным и тяжелым для его чувствительного кишечника. Кроме того, пирог выходил чересчур дорогим – для него требовалось шесть фунтов смородины и изюма, три фунта яблок, три фунта нутряного сала, два фунта сахара, два фунта говядины, по пинте вина и бренди, а также куча разных пряностей.

Сверху, из комнаты отца, не доносилось ни звука.

— Через час-два папа начнет жаловаться на боли в животе, – заметила Гаррет. – Этот пирог готовится из тех продуктов, что ему противопоказаны, начиная от нутряного сала и заканчивая сахаром.

Вид у Элизы был одновременно и дерзкий, и виноватый.

— Мистер Гибсон привык его есть каждое воскресенье. А сейчас ему не разрешают даже один кусочек. Какие удовольствия у него остались? Ни женщин, ни сладкого. Ходит он с трудом, видит плохо, читать не может. Лишь сидит у себя в комнате и считает дни до следующей игры в покер. Позвольте ему хотя бы толику радости.

У Гаррет было что возразить, но она передумала. В словах Элизы имелся смысл.

Когда-то сильный и энергичный – отец служил лондонским констеблем, – сейчас Стэнли Гибсон проводил свои дни в тиши комнаты, красивой и удобной, которую все равно воспринимал как тюрьму. Может, и правда ничего страшного, если позволять ему небольшие послабления время от времени? Делая все необходимое для поддержания физического здоровья отца, Гаррет не должна была лишать его маленьких радостей, которые помогают мириться с жизнью.

— Ты права, – неохотно признала она.

Элиза не поверила своим ушам.

— Правда?

— Я согласна – каждый из нас время от времени заслуживает толику радости.

— Очень мудрые слова, доктор.

— Но имей в виду: если твоя «толика» заставит его полночи маяться животом, ухаживать за ним будешь ты.

Довольная, служанка улыбнулась.

— Да, доктор.

Навестив отца, который выглядел исключительно довольным собой и упрямо настаивал, что сдобный пирог пойдет ему только на пользу, Гаррет прошла в приемную и принялась просматривать почту. Рядом стояла тарелка с пирогом, который ей подала Элиза. Откусив от него всего пару раз, Гаррет отодвинула тарелку. Она была равнодушна к сладкому и совершенно не разделяла любовь отца к подобным лакомствам. По ее мнению, сдобный пирог – тяжелое, трудно перевариваемое блюдо, к тому же Гаррет испытывала легкую тошноту. Весь день прошел в беспокойстве. Она знала, что Этан передал улики в Скотленд-Ярд, машина правосудия запущена, а лорду Тэтхему и сэру Дженкину придется приложить максимум усилий, чтобы не оказаться на виселице. Гаррет успокаивала себя тем, что Этан прекрасно знает каждый уголок Лондона, что он умен, действует без колебаний и сможет о себе позаботиться.