Книга Невеста из империи Зла, страница 144 – Эльвира Барякина

Вывернувший из-за угла свадебный кортеж усиленно загудел.

— Ну что, поехали жениться? — спросил Миша невесту.

— Поехали, — согласилась та.

И тут будущая теща торжественно вытащила из кладовки потертого полуметрового пупса и потребовала усадить его на крышу машины. Выяснилось, что этот франкенштейн был их с отцом свадебным талисманом.

— Жека, миленький, — обратилась она к свидетелю, — проследи, чтобы с ним ничего не случилось! Это семейная реликвия — память для потомков.

Пряницкий поклялся личным счастьем, что с куклой все будет в порядке.

Вдвоем с Алексом они кое-как усадили ее на крышу и привязали ленточками.

— Интересно, почему на меня всегда навешивают самые дурацкие обязанности? — сокрушался Жека. — Я что, так похож на идиота?

— Спеши делать добро, Жека! — укоризненно сказал ему Алекс.

— Ага, спеши… Поспешишь — людей насмешишь!

— Ну садитесь все, что ли! — прокричала Марика, выскочив из невестиной машины. — На регистрацию опоздаем!

Разумеется, по дороге пупс был утерян.

— Жека! Ты же обещал, что ничего не случится! — разрыдалась теща. — Ты обязан его найти!

Оставив ленту свидетеля на попечение Алекса, Жека кинулся на поиски.

Пупс, вернее, то, что от него осталось, был обнаружен на перекрестке почти у самого Лениного дома. К тому времени по нему успело проехаться несколько автомобилей.

«Патологоанатом, блин! — подумал про себя Жека, собирая бренные останки в пакетик. — Ну, сейчас мне влетит!»

Тем временем сотрудница Дворца бракосочетаний уже начала читать напутствие молодым:

— Сегодня мы собрались в этом зале, чтобы поприветствовать двух молодых людей, готовящихся создать новую ячейку советского общества. Приятно видеть их радостные лица…

Впрочем, лица жениха и невесты были весьма далеки от радости.

— Где твой свидетель? — не разжимая губ, шептала разъяренная Лена. — Нам расписываться надо, а его все нет и нет. Кольца-то у него?

— У него, — уголком рта отвечал Миша.

— Если у нас не будет свадьбы, то у Пряницкого будут похороны.

Жека торопился, как мог. Поймал какую-то машину, домчался до Дворца бракосочетаний, взлетел по лестнице.

— Ты где шлялся?! — зашипели на него Мишины родители. — Иди к молодым!

Растолкав взволнованных родственников, Жека встал на свое место рядом с женихом и невестой.

— Мы верим, что они смогут пройти свой жизненный путь рука об руку… — продолжала читать церемониймейстерша.

— Принес? — спросил Миша, оглянувшись на Пряницкого.

— Принес.

— Отдай тетеньке!

— Зачем?

— Жека, я тебя сейчас убью! — довольно громко прошипела Лена.

Церемониймейстерша поперхнулась на полуслове и с сочувствием посмотрела на Мишину шишку, просвечивающую сквозь десятки слоев пудры.

— …и будут терпимо и бережно относиться друг к другу.

Бодрым строевым шагом Жека подошел к ней и вытащил из пакета голову пупса.

— Держите! Ничего, что по ней проехались пару раз?

Церемониймейстерша вскрикнула, кто-то заржал, теща забилась в истерике.

— Кольца где?! — рявкнула на Жеку невеста.

— Ах, кольца!

Алекс внимательно следил за всеми подробностями советской свадьбы. Через несколько дней ему самому предстояло пройти все то же самое.

Оказалось, что первым делом новобрачные должны покататься по городу.

«Красная площадь — фотографироваться, пить шампанское, носить невесту на руках, — запоминал Алекс. — Могила Неизвестного Солдата у Кремлевской стены — возложение цветов. Скверик у Большого театра — распитие шампанского. Памятник Карлу Марксу — возложение цветов. Ленинские горы (смотровая площадка) — распитие шампанского и танцы под радиоприемник».