Книга Дамский справочник пакостей, страница 119 – Мэнди Коллинз

— Эта ложь была нужна ему, чтобы сделать из них пример, – размышлял он вслух. – Что, если они совершали убийства с той же целью? Чтобы приводить в пример жертв?

Глаза Кэтрин округлились.

— Конечно. Записки были призваны предостеречь других от упомянутых в них грехов. Они лишь делали то же самое, что их дед делал с ними.

— С той разницей, что их самих никто не убивал, – с горькой усмешкой заметил Эвершем.

— Нет-нет, – поспешила согласиться Кэтрин. – Но, возможно, они воспринимали то, что Хейл сделал с ними, как… о, я не знаю… убийство тех, кем они могли бы стать. У них украли законное имя, статус законных детей одного из выдающихся поэтов Англии, лишили их наследства.

— Но почему они не заявили о себе? – Эвершем недоверчиво покачал головой. Он расследовал преступления уже более десятка лет и до сих пор не мог понять, что порой заставляло людей отказываться от разумного варианта и вместо этого брать правосудие в свои руки. – Не похоже, что эти убийства совершены в порыве ярости. Нет, они явно спланированы и тщательно просчитаны. У них была возможность поступить правильно, но они приняли прямо противоположное решение.

— Мы это не узнаем, пока не поговорим с ними, – сказала Кэтрин. – Возможно, они даже сами не знают.

Ее слова насторожили его.

— Даже не думай подходить к ним близко. Они убили шесть человек, Кэтрин.

— Похоже, вы вновь забыли, Эндрю Эвершем, что я взрослый человек и сама принимаю решения. – Ее глаза сверкнули гневом. – Вы мне не муж и вряд ли когда-либо им будете, так что прекратите приказывать мне.

Услышав такое, Эвершем оторопел.

— Что ты имела в виду, сказав «вряд ли им будете»?

— То, что сказала, – ответила она. – Я не намерена вновь выходить замуж лишь потому, что мы с тобой провели приятную ночь. Из этого не следует, что я намерена потерять остатки разума и позволить тебе сделать из меня честную женщину.

Эвершем растерялся. Внезапно до него дошло, что он почему-то считал, будто их отношения движутся к браку. Это было потрясением даже для него. Он не думал о женитьбе со времен давних ухаживаний, которые плохо закончились, когда некая дама попросила его ради брака уйти из полиции. То, что он думал об этом сейчас, с женщиной, которая возражала не против его профессии, а против самого института брака, было, мягко говоря, обидно.

— Почему нет? – резко спросил он. Он сел на противоположную скамью и взял ее руку в свою. – Что плохого в том, чтобы выйти за меня замуж?

Кейт нахмурилась, глядя на их соединенные руки, а когда подняла взгляд, должно быть, увидела в его глазах тревогу.

— Дело не в тебе, Эндрю. Ты мне не безразличен. Поверь мне.

— Тогда почему нет? – не унимался он. – Вместе мы хорошая команда, не так ли?

Кэтрин подняла руку и коснулась его щеки.

— Да, но я уже говорила тебе, как несчастна я была в браке. Я никогда больше не хочу надевать на свою шею ярмо этого института. Во-первых, все, чем я владею, перейдет тебе. Ты станешь владельцем «Газетт». Вдруг тебе захочется превратить ее в совершенно другое издание, и я не буду иметь права голоса.

— Я бы никогда этого не сделал. – Эвершем был оскорблен. Как такое вообще могло прийти ей в голову? Неужели она так плохо думает о нем?

— Это сейчас ты так говоришь. – Она отдернула руку. – Но что, если «Газетт» неким образом помешает твоей работе? Или твое начальство заставит тебя взять газету в свои руки, потому что им не понравилось, что о них в ней писали раньше? Так ли сильно это отличается от того, как министерство внутренних дел давило на Дэрроу, требуя, чтобы он хотя бы кого-то арестовал?